Книга Клоунада для разведчика, страница 59 – Катори Ками, Гелла Верона

— Я не настолько жесток, — Алекс фыркнул, — но признай, это был бы самый незабываемый секс в твоей жизни, — рана на боку заколола, но боль не помешала нагнуться и поцеловать Пола в улыбающиеся губы. Поцелуй вышел легким, совсем не глубоким, дразнящим, но неожиданно понравился Алексу. Он не был обязательной прелюдией, не являлся стартовым механизмом к сексу. Целоваться ради поцелуя еще не приходилось никогда, но оказалось очень даже приятно. — Пойдем в номер, — предложил Алекс. — Под горячий душ и в большую и очень мягкую кровать.

— Ну погоди-и… — протянул Пол жалобно. — Во-первых, у тебя ужасно удобные коленки. А во-вторых, я на самом деле жуть как не люблю отели, — он вздохнул. — Палатка — вот это вещь. И нет, я не увиливаю, — он улыбнулся, выразительно глянув на Алекса, и продолжил заговорщическим шепотом: — На самом деле, я уже ужасно хочу почувствовать весь твой боевой пыл.

— Поерзай еще немного, и почувствуешь, — хмыкнул Алекс. Тяжесть Пола, тепло, идущее от него, весьма недвусмысленно действовали на тело. — А я вот предпочитаю твердый потолок над головой, — пальцы снова зарылись Полу в волосы. Тот довольно зажмурился и еще усерднее заерзал, устраиваясь. Алекс фыркнул и принялся легонько массировать ему голову.

Блядь, скажи ему три дня назад, что он будет сидеть на лавочке под кустом и на коленях у него будет лежать мужик едва ли не вдвое старше, да он бы тому шутнику зубной ряд проредил основательно. А теперь вот торчит под гребаным кустом, перебирает непослушные волосы, и непонятное что-то, теплое, будто масляное разливается в груди.

— Ну да, опасности вокруг меньше, да? — Пол вздохнул. — В общем-то, я тебя почти понимаю. Потому что — внимание, вопрос: ты ведь услышишь, если к нам вдруг подкрадутся папарацци?

— Не опасности, — покачал головой Алекс, не прекращая своего занятия. — Палатка, наверное, хорошо и весело, но только пока на улице тепло и сухо. Зимой там не согреться. А вот дом — это крепость, — у Арроя и вправду выдающееся лицо. Не в улыбке даже дело, а в том, что ему шли абсолютно любые прически. И приглаженные назад волосы, будто стрижка под ноль, и встопорщенные дыбом, как он обычно ходил, и чинно уложенные, и челка. И Алекс с непонятным восторгом снова и снова зачесывал пальцами волосы, создавая все новые и новые вариации, практически одинаково удачные. — И да, я услышу, если кто-то будет подкрадываться.

Снимок, сделанный стервятниками от журналистики, повредил бы не только Полу. Для Алекса демаскировка — это провал. Никому не будет нужен разведчик, чье лицо знает весь мир. Не только о полевой работе можно будет забыть, но и вообще об армии. Даже убирать в казармах с такой пометкой в личном деле не дадут.

— Отлично тогда, — Пол расслабился, а потом лукаво поинтересовался: — Что ты делаешь? Мысленно меня бреешь?

— Прикидываю, насколько ты сумеешь вжиться в образ сурового меня, — хмыкнул Алекс и погладил себя по короткому ежику.

— Знаешь, я начинаю думать, что тебя играть как раз не надо, — протянул Пол. — Герой немного старше и с совсем другой историей. А вот персонаж второго плана, полностью скопированный с уже устоявшегося тебя, был бы прекрасен. Даже менять ничего не надо — Крюгер и есть Крюгер.

Немного старше?.. Пол что же, будет играть юнца? А впрочем… твою ж мать, да он сможет любого изобразить! Гримеры замажут морщинки в уголках глаз, а тело у Арроя даст фору восемнадцатилетним.