Книга Синдром, страница 122 – Катори Ками

— Что ты делаешь? — выдохнул он.

— Не хочу, чтобы ощущение стянутости отвлекало тебя от главного, — Ирвин, откровенно дурачась, чмокнул Брендона около пупка и начал осторожно втирать крем, прослеживая пальцами плотные тяжи келоидного рубца.

Вопреки всему, они притягивали и завораживали. Как невиданный узор, замысловатая татуировка. Неровный, от рваной раны — этот шрам напоминал изображение русла большой реки.

Он так увлекся, что не сразу заметил, как смотрит на него Брендон, а когда заметил, то нахмурился: удивительно выразительные сейчас глаза горели недоверием.

— Неужели не противно? — спросил он напрямик, встретившись с Ирвином глазами.

— Нисколько, — Ирвин проследил пальцами “ответвление” от основного “русла”, уходящее под лопатку. — Только как представлю, насколько это было больно… — он коснулся губами похожего на бумеранг шрама на плече.

— Я не помню боли, — Брендон мотнул головой и посмотрел куда-то мимо.

Черт! Еще секунда — и он провалится в свои воспоминания. Обзывая себя идиотом, Ирвин вытянулся рядом, обнял за плечи.

— Брендон, возвращайся ко мне, — попросил спокойно, хотя отчаянно хотелось хорошенько встряхнуть его. — Все давно закончилось, — и поцеловал снова безвольные губы.

Брендон не среагировал на слова, но вздрогнул, почувствовав прикосновение губ. И почти сразу потянулся к Ирвину, целуя его глубоко и жадно — настолько, что на секунду закралось сомнение, кого именно он на самом деле целовал. Но страх, что Белл снова видит вместо Ирвина призрака, рассеялся от хриплого шепота:

— Ирвин? Проверь… Кажется, получилось.

В первое мгновение Ирвин не понял, что Белл имел  в виду. Но по снова вспыхнувшим в глазах Брендона искрам догадался. Сунул руку между их телами, нащупал обтянутый хлопковой тканью возбужденный член.

— Я даже не сомневался, — прошептал в губы Брендона. — А теперь не спешим, и все будет отлично.

Хотя у самого стояло так, что член болезненно ныл, умоляя поскорее пустить его в дело. Но Ирвин еще помнил, что Белл не был снизу десять лет. Стянув с него белье, Ирвин быстро поцеловал прижавшийся к животу член, плавно развел бедра Брендона в стороны, приласкал поджавшиеся яички и скользнул пальцами за них.

Брендон сцепил зубы, задышал резко и часто и напрягся, будто боясь боли. Его губы дернулись — словно он попытался прикусить нижнюю, но вовремя одумался.

— Иди сюда, — процедил он. — Поцелуй меня. Пожалуйста, черт бы тебя побрал! — почти проскулил, начиная дрожать.

Никогда еще Ирвин не подчинялся приказам с таким жаром. Он рванулся к Брендону так, что они больно стукнулись зубами.

— Прости, — прошептал Ирвин, обнимая Брендона за шею. — Я тут, с тобой, — и поцеловал бесконечно нежно, ласково и одновременно жадно. Гарантируя, что никогда не отступит и что его место здесь, рядом с Брендоном.

Белл подался ему навстречу всем телом, неудобно зажимая вытянутые связанные руки и будто бы ища опоры.

— Давай, — он закинул ногу ему на бедро. — Просто сделай это!

Ирвин отстранился, осторожно поднырнул под одну руку, как бы заключая себя в объятия Брендона.

Он не прекращал целовать его ни на секунду. Плевать, что большая часть смазки оказалась на их животах и простыне, на затекшую спину, уже онемевшие губы — Ирвин целовал Брендона, неспешно готовя его.