Книга Синдром, страница 48 – Катори Ками

— Эр Два… — прошептал он отчетливо и вдруг подался вперед, крепко его обнимая.

Ирвин обнял его в ответ.

— Привет, Си-три-пи-о, — прошептал, совершенно не уверенный, что поступает правильно. — Возвращайся домой.

Белл вздрогнул. Резко втянул воздух. И отстранился, поднимая на него ошарашенный взгляд.

— Как ты меня назвал? — выдохнул сдавленно.

— Прости, ассоциация сработала, — Ирвин встал, зачесал упавшие на лоб волосы. — Но ты сам первый начал со своим Эр Два.

Он не понял, как Белл успел вскочить на ноги, но в следующую секунду Ирвин оказался вжат в стену.

— Никогда больше не произноси его имя! — буквально выплюнул Белл ему в лицо. — Никогда, слышишь?!

— Угомонись, псих! — рявкнул Ирвин. Сильным толчком отпихнул Белла от себя, скрестил руки на груди. — Или объясни, чего ты на этого дроида каждый раз стойку делаешь, или надень намордник!

Белл сжал кулаки, стиснул зубы, а потом обвел пальцем стены вокруг.

— Вот мой намордник, — сказал он уже привычно спокойно. — И хотелось бы мне знать, какого черта ты не соблюдаешь наши договоренности.

— Мама учила не проходить мимо людей, которым больно и плохо, — пожал плечами Ирвин. — Но если тебе стало лучше, я пойду. Кстати, сигнал, на который ты сделал стойку, был сообщением от Боба. У него простое сотрясение мозга. Пара дней в госпитале — и будет как новенький.

На деревянных ногах он направился к выходу. Все это время Ирвин даже не осознавал, насколько был напряжен.

— Его звали Ричард Дуо, — прилетело в спину так тихо, что Ирвин едва услышал. — Позывной Эр-Два-Дэ-Два. И у него стоял такой же сигнал на сообщения на телефоне.

— Напарник? — спросил Ирвин, оборачиваясь. Пожал плечами. — Это простая логика, как две палочки для еды.

У Белла был позывной Си-три-пи-о. Это была даже не уверенность, знание. Именно это имя выдернуло его из истерики. В армии, конечно, полно шутников, но такие “парные” позывные дают неспроста.

Белл вздохнул, дошел до кровати и тяжело на нее опустился.

— Никогда не говори больше о нем, — сказал глухо. — И часы эти твои… Сегодня меня лайтово перемкнуло, но я понятия не имею, что случится в следующий раз. И, черт побери… — он посмотрел на него с нескрываемой досадой и вдруг позвал: — Иди сюда.

— Часам, похоже, пришел конец, — вздохнул Ирвин. Неловко ступая — мышцы “забились” и отказывались служить. — Завтра придется обыскивать сад, я их в окно вышвырнул.

— Радуйся, что так легко отделался, — серьезно посмотрел на него Белл и, стянув покрывало, откинул подушку.

На белоснежной простыне блеснуло лезвие простого, безо всяких изысков, армейского ножа.

— Ты точно псих! — вырвалось у Ирвина. Он с трудом перевел взгляд с ножа на лицо Белла. — Нахрена он тебе тут? От кого собрался защищаться за сейфовой дверью?

Наверное, у него завтра будет похмелье. Потому что только опьянением можно объяснить, что Ирвину не было и вполовину страшно, как несколько часов назад на парковке. А испугаться было от чего: сколько бы ни тренировал его Белл, Ирвин никогда не сможет увернуться от его удара. И сегодня он запросто мог получить ножом в бок.

А еще, наконец, стал ясен смысл фразы о том, что если дверь открыта — нужно бежать. Если однажды в мозгу Белла случится блэкаут, самым разумным будет и правда унести ноги.