Книга Синдром, страница 87 – Катори Ками

Как и всегда, Белл коротко кивнул, знаменуя окончание разговора, но с кресла не встал.

* * *

Энджи отказалась от чая и до, и после массажа, но Ирвин все равно сумел познакомить ее с Беллом. Тот перекинулся с ней пару слов и, улучив момент, покачал головой, давая Ирвину знак. И ушел.

Энджи отработала двойной гонорар на все сто. Три часа спустя Ирвин ощущал себя несколько раз пропущенным через мясорубку, выстиранным в машинке и совсем немного выпотрошенным.

— Ну вот, теперь ты само совершенство, — Энджи окинула Ирвина придирчивым взглядом. — Я бы все-таки подколола гиалуронку в носогубки и гусиные лапки, но знаю, что ты откажешься, — взяла его за подбродок, медленно повернула голову сначала в одну, потом в другую сторону. — Хотя нет. Твое лицо трогать нельзя. Вся изюминка пропадет.

— Спасибо, что ценишь меня таким, какой я есть, — Ирвин сел на кушетке. — До встречи на следующей неделе?

— Да, мой любимый неандерталец, — она принялась убирать свои инструменты в большую сумку. — Среда, восемь вечера?

— Как обычно, — Ирвин подал ей флакон массажного масла. — До среды.

— До среды, — Энджи застегнула молнию на сумке и повесила ее на плечо. — Я полетела. Пока-пока.

И стремительной походкой вышла из комнаты. Ирвин не представлял, откуда Энджи черпает энергию. Казалось, этой женщине не были нужны ни еда, ни сон.

Сменив халат на домашний костюм, Ирвин отправился было в спальню, но свернул к комнате Белла. Дверь была лишь неплотно прикрыта, но он все равно постучал, прежде чем войти.

Брендон лежал на кровати с ноутбуком на коленях. На Ирвина он глянул мельком и привычно хмуро.

— На столе, — бросил он. — В кухне.

— Нет, в комнате на кровати, — Ирвин догадался, что Белл говорил о чае, и просто не смог удержаться от небольшой шутки. — Я пришел к тебе. Поболтать о том, как тебе Энджи и восстановить утраченное чувство собственного достоинства. Сегодня в программе пыток было глубокое бикини.

— Ты будешь рекламировать стринги? — взгляду Брендона не хватило самой малости, чтобы стать по-настоящему насмешливым.

— Я получил бы миллионов тридцать за подобную рекламу, — Ирвин огляделся в поисках кресла или стула, но в комнате Белла не было никакой другой мебели, кроме кровати и тумбочки. Ирвин присел в ногах у Брендона. — Но нет, придется зарабатывать, несколько месяцев потея на съемках фильма. А эпиляция — это мой выбор. Больно кошмар как, но ощущение гладкой кожи того стоит. И мне просто нравится вид, — он улыбнулся и развел руками, мол, вот такая звездная причуда.

— Ты пришел похвастаться или надеешься, что я попрошу показать результаты? — Белл закрыл ноутбук и сложил руки на груди.

— Но ты же все равно не захочешь посмотреть? — подначил Ирвин. — Так что я хочу услышать твое мнение об Энджи. И пойду наслаждаться ее работой в одиночестве.

— Я уже все сказал, — покачал головой Белл, пропустив подначку мимо ушей. — Это не она.

— С номером пять я договорился завтра пообедать, номера восемь и десять будут на премьере вечером. Я не планировал идти, фильм почти наверняка провалится и получит ужасную премию, — Ирвин вздохнул и опустил взгляд на босые ступни Белла, почти упирающиеся ему в бедро. Красивые, с удивительно нежной кожей и идеальными ногтями. Пожалуй, тут даже Энджи не нашла бы, к чему придраться. — Я почти согласился в нем сниматься, да Макс вдруг отговорил. И как выяснилось, чутье не подвело: сначала ушел режиссер, потом решили втиснуть фильм в рейтинг PG вместо R… — Ирвин машинально накрыл ладонью ступню Брендона и осторожно провел большим пальцем по тонкой коже ее свода.