Книга Совсем другая любовь, страница 102 – Катори Ками, Алекс Сюар

Джеймс повернулся к нему и улыбнулся, не открывая рта — видимо, чтобы гель не попал в рот. Он помахал Майклу рукой и перевернулся на живот.

— Эй, кто-нибудь! — крикнул Майкл. — Развяжите меня! Мистер Бакстон!

Но никто не пришел на его зов даже спустя несколько минут.

— Мы с тобой проспали сто лет и из выживших остались одни? — усмехнулся Майкл, встретившись взглядом с Джеймсом.

Джеймс помотал головой и принялся имитировать жующего человека. Майкл рассмеялся, а потом глаза его повлажнели. Воспоминания обрушились на него лавиной, и он поспешно отвернулся, чтобы Джеймс не видел его лица.

Тут же раздался приглушенный стук. Сумев взять себя в руки, Майкл обернулся и увидел, что Джеймс стучит по стеклу и показывает ему надпись на экране планшета.

Улыбнись! — было набрано самым большим шрифтом.

Улыбнуться себя Майкл просто напросто заставил — душа же рвалась на части. От боли, пережитой Джеймсом, от того, что сам безвозвратно упустил время разобраться с ротным. Ведь теперь, стоит Джеймсу покинуть спасительный отсек медчасти, как для него снова начнется ад. А он даже не смог защитить его, так простодушно попавшись на удочку доктора Бакстона.

— Тебе больно? Сейчас? — спросил он Джеймса.

Джеймс помотал головой и снова улыбнулся, показав большой палец.

— Ну, как я погляжу, оба пациента чувствуют себя хорошо, — в палату вошёл доктор Бакстон. — Мистер Маклейн, можете вылезать оттуда, — он протянул тут же вынырнувшему на поверхность Джеймсу полотенце. — Ну а вас, мистер Росс, прежде чем отпустить, должен предупредить: новый командир роты, конечно, человек лояльный, но вряд ли он обрадуется вашему визиту.

— Новый? — удивленно переспросил Майкл. — А со старым что? Разжаловали? — он не смог сдержать злую улыбку — уж теперь-то добраться до ублюдка будет проще простого.

— Командир Вальвоса был найден повешенным у себя в комнате, — огорошил его доктор, говоря по-врачебному сухо. — К сожалению, на станции был перебой с электричеством, и камеры не работали, поэтому с уверенностью сказать, что именно произошло, невозможно, но комиссия, расследовавшая это дело, вынесло вердикт: самоубийство.

Джеймс выслушал врача с каменным лицом и только кивнул, никак не выражая своё отношение к новости, а затем бросил на Майкла предупреждающий взгляд.

Майкл тоже отреагировал спокойно — во всяком случае так оно выглядело со стороны. На деле же он был насколько рад случившемуся, настолько и разочарован — ведь он совсем не хотел оставаться в стороне. И сейчас он очень жалел, что никак не смог приложить руку к этому самоубийству.

— Если я здоров, вы можете наконец развязать меня? — спросил он врача, тщетно пытаясь пошевелиться.

— Конечно! — радостно отозвался доктор Бакстон. — При одном условии… — он вытащил из кармана халата пузырек с лекарствами и продемонстрировал его Майклу. — Вы пообещаете мне и мистеру Маклейну пить их каждое утро после завтрака.

— Когда ты успел на меня врачей натравить? — хмыкнул Майкл, взглянув на Джеймса. — Вы оба считаете, что мне нужны антидепрессанты?

— Я никого не натравливал, — открестился Джеймс, с ожесточением вытираясь. — Но сдается мне, что это не антидепрессанты… — сказал, многозначительно глянув на врача.

Доктор Бакстон вздохнул и принялся расстегивать на Майкле удерживающие манжеты.