Книга Совсем другая любовь, страница 213 – Катори Ками, Алекс Сюар

— Знаешь, у тебя серьезная задача, — хмыкнул Майкл, когда в кадре появился Ричард Гир. — Справишься? — он по-доброму поддел Джеймса и погладил его по руке, расцепив их пальцы.

Джеймс рассмеялся и повернулся на бок лицом к нему.

— Тебе нравятся мужчины постарше? — протянул он, сверкнув глазами. — Увы, КРИС позаботился о том, чтобы мы все оставались безобразно молодыми как можно дольше.

— Ну, раз другого выхода у нас нет, — с улыбкой начал Майкл, — буду ждать твоих морщин. И предупреждаю: я очень терпеливый. И настырный, — добавил он, положив руку Джеймсу на бедро. Действие было не осознанным, а потому он не задумываясь придвинулся к Джеймсу ближе. — Но на самом деле мне нравится в этом мире только один, — произнес он тише. — Безобразно молодой и чертовски привлекательный, когда он флиртует. Знаешь такого?

Джеймс сверкнул улыбкой.

— Может быть… — протянул он. — Правда, ему такое слово незнакомо.

Валентайн за его спиной пошевелился. Он придвинулся к Джеймсу ближе, тоже повернулся на бок, прижимаясь к нему сзади, но совершенно ничего не сказал и не попытался посмотреть на Майкла.

Джеймс оглянулся на него, и его улыбка чуть пригасла. Но потом он решительно завернулся в руку Валентайна, давая ему себя обнять, и сам в свою очередь обнял Майкла.

— Мы будем трое молодых и прекрасных, — сказал, чуть кривовато улыбнувшись. — Уедем на какой-нибудь остров, и там нас объявят богами. Не знаю, как вы, а я уже готов творить чудеса.

Как же сейчас хотелось поцеловать Джеймса! Отбросить руку Валентайна, уложить Джеймса на спину и целовать его так долго, основательно… Чтобы Валентайн наконец понял, что с Джеймсом они, черт возьми, вместе!

Но Майкл себя остановил — самоутверждаться желания не было. Джеймса хотелось целовать от души, когда никто не видит и не мешает. И потому Майкл лишь улыбнулся и посмотрел на Джеймса тепло. Так, как будто в комнате их впрямь было двое.

— И каким бы было первое чудо? — спросил он.

Джеймс невесело усмехнулся.

— Мир во всем, блядь, мире, — выплюнул он. — И уж этот фокус я им обеспечу!

— А второе? — спросил Валентайн, обняв Джеймса крепче.

И если Майклу не показалось — а ему не показалось! — в его голосе звучала скорее осторожность, нежели любопытство. А еще — едва уловимое смятение.

— А второе посложнее будет… — протянул Джеймс с явственной горечью. — И тут уж справится только настоящий волшебник. Чтобы я больше никому из вас не причинил боли.

Майкл внимательно посмотрел ему в глаза и слегка покачал головой.

— Лично я боюсь даже представить масштаб третьего чуда, — на сей раз он улыбнулся Джеймсу ободряюще, от всей души пожелав в этот момент больше никогда не слышать эту горечь в его голосе.

— А третье чудо, думаю, ляжет на наши с тобой плечи, — Валентайн поднял голову и впервые за это время посмотрел на Майкла. — Боги мы или нет? — он усмехнулся и едва заметно прищурился.

Вот интересно… Это теперь всегда так будет?.. Всякий раз, когда Джеймс заговорит с ним или он и Джеймсом, будет всплывать третий собеседник?.. Боги они или нет, Майкл с ответом не нашелся, зато едва сдержался, чтобы не выразить свое недовольство.

Но не удержался от другого. Разорвав с Валентайном зрительный контакт, он потянулся к Джеймсу и решительно, с упрямством его поцеловал. Его действиями руководил голый инстинкт — Майкл утверждал свои права.