Книга Новобранцы холодной войны, страница 12 – Ирина Дегтярева

Темно-синее платье, атласное, довольно закрытое, за колено, на Кинне смотрелось отлично. Мансур вполне оценил это, встав в стороне у колонны, украшенной воздушными шарами к празднику. Шары пахли резиной и, соприкасаясь от сквозняка, поскрипывали. Сам Мансур в первых рядах положил заветный конверт на серебряный поднос около жениха и невесты, которые все еще пытались улыбаться седьмому десятку гостей с конвертами, подходивших поздравить. Невеста была в огромном красном платье в блестках.

Кинне, прибывшая позже, отдала подарок, поздравила новобрачных довольно искренне и душевно и, как показалось Мансуру, собралась тут же уйти. Она прошла по залу то ли в поисках места за одним из столов, покрытых белыми скатертями, то ли раздумывая, стоит ли еще здесь задерживаться. Многие забегали только отдать конверт, пожелать всего-всего и тут же удалялись. Оставались, по большей части, лишь близкие родственники и друзья.

Сегодняшняя свадьба праздновалась в состоятельной курдской семье. Как понял Мансур со слов Бахрама, отец девушки — один из немногочисленных представителей курдов из Демократической партии народов^[6], заседающий в турецком парламенте. Однако традиционную дабку то тут, то там принимались танцевать, не пытаясь казаться чопорными и светскими, вдохновленные ритмичной живой музыкой и пением курдской певицы в длинном зеленом платье. Лихо отплясывали парни в недешевых костюмах, напоминающие банковских служащих или чиновников, и женщины в хиджабах и без — с густыми распущенными волосами, одетые в основном в вечерние длинные платья, но у некоторых юбка не закрывала колени.

Есть мечтатели, а есть делатели. Знал Мансур одного парня еще в России, тот построил во дворе загородного дома то ли гараж, то ли ангар с прозрачными стенами, сквозь которые проглядывали доски для серфинга и еще что-то подобное из инвентаря для экстремальных видов спорта. При этом ничем таким он не занимался, кажется, даже на море не ездил. Всё сплошной антураж.

Мансур относил себя к категории делателей. Но сейчас выжидал, подпирая колонну в свадебном зале. Не считал возможным подходить к Кинне. В случае если она уже связалась со своим братом по поводу странного курда, такой «подход» только усугубит его положение, когда он окажется на базе РПК в Ираке.

В какой-то момент он упустил Кинне из виду, засмотрелся на двух девчонок пяти и семи лет в красных, как у невесты, платьях, из фатина. Они пристроились к хвосту танцующих и топали ножками в красных туфельках.

— Хочешь детей? — вдруг раздался рядом мягкий голос Кинне. — Ты так смотришь на девчонок… Или, быть может, у тебя есть дети? — спохватилась она.

Он вспомнил о маленьких сестре и брате, оставшихся в Москве, но говорить о них не стал. В его новой ипостаси у него нет никаких родственников.

— Один как перст. Не женат. Мать убили митовцы, отец погиб в Сирии. — Он имел в виду Аббаса, который и в самом деле считался его отцом много лет. — Надеяться не на кого, полагаться приходится только на самого себя. Какие дети? Меня ждет рискованная жизнь, слишком рискованная. Оставлять после себя сирот не хотелось бы.

— Рискованная… — задумчиво повторила Кинне, взгляд ее снова стал грустным. — Может, не все так пессимистично?.. А моя жизнь пресная.