Книга Новобранцы холодной войны, страница 122 – Ирина Дегтярева

— На ривьеру не рассчитывай. Ишь, раскатал губы! Будешь сидеть в загазованном Париже, а к тому же теперь там арабов чуть ли не больше, чем в Ираке. Найдешь с кем пообщаться. А жена быстро научит тебя французскому.

* * *

На закате Мансура отправили с контрабандистами в Иран. Часть дороги его везли на джипе, потом несли на носилках, затем пересадили на лошадь, потом снова несли, так же, как и коробки с бытовой техникой — телевизорами, стиральными машинками, магнитофонами, которые перепродавали в Иране без наценки. В приграничный иранский городок Бане приезжали за покупками со всего Ирана.

И всю дорогу его сопровождали боль и непонятная тоска от неизвестности. Как Центр распорядится его судьбой? Неужели сочтут, что он погорел, как прозорливо предрекал отец? Недолго он продержался. Даже радость от освобождения эта тоска затмила.

На той стороне Мансура приняли тамошние курды, занимавшиеся контрабандой. А дальше… Он так и не понял, что произошло. Как только его товарищи по оружию, сгрузив коробки, ушли обратно в Ирак, Мансура дотащили до автомобильной дороги, где стояла шикарная машина — черный «Саманд».

Курды ушли, а он остался стоять на мокром от росы асфальте позади этой машины, вдыхая сизый дымок отработанного бензина. Задняя дверца чуть щелкнула и приоткрылась на пару сантиметров. Водитель открыл ее изнутри.

Мансур, покачиваясь, продолжал стоять. Вдруг с водительского места выскочила раздраженная женщина в платке, сбившемся на затылок, в джинсах и коротком плащике, доходившем до середины бедра. «Красивая персиянка», — машинально отметил про себя Мансур.

— Ты будешь садиться? — спросила она по-арабски и добавила с улыбкой: — Два верблюда намного лучше, чем один, или ничего.

— Это верно, но у меня нет сейчас и одного, — пробормотал Мансур ответ на парольную фразу. — Ты кто?

— Меня зовут Симин. Садись же быстрее! Не надо чтобы нас кто-нибудь видел.

Мансур огляделся: пустынная дорога. Но все же внял ее просьбе. Шагнул и замер:

— Я не дойду.

— О Господи! Неужели ты в самом деле так ослаб? — Она быстро вернулась в машину и подала ее назад, притормозив рядом с Мансуром. — Садись же! Меня не остановят по дороге в Тегеран, номера Министерства информации, но лучше нам не вылезать на свет Божий, тем более вместе.

Симин Сарда уже давно работала на российскую разведку, оставаясь действующей сотрудницей МИ — спецслужбы Ирана. Ее завербовал офицер нелегальной разведки России — этнический перс, «сбежавший» из советского Азербайджана в Иран, когда начались беспорядки в Азербайджане и рушился Советский Союз. Он — человек науки, занимался исследованием водорослей, а попутно пытался проникнуть в секреты ядерной программы Ирана. Как одно из направлений исследований свойств водорослей — очищение воды от радиации.

Его случайное знакомство с Симин принесло ему множество сюрпризов. Всемирно известная художница, чьи картины и скульптуры популярны и в Штатах, и в Латинской Америке, и в арабских странах, несмотря на то что она иранка и не везде могла ездить, оказалась разведчицей. Разобравшийся в этом подвохе вовремя, Фируз Фардин завербовал ее. Но их личные взаимоотношения начались несколько раньше и более заинтересованнее, чем оба рассчитывали. Однако теперь они перешли скорее в партнерские, нежели любовные. Слишком ревновали оба друг друга, слишком разные по темпераменту и взглядам на жизнь.