Книга Операция «Пилот», страница 76 – Ирина Дегтярева

— А вы считаете, что мне стоит с ним видеться? — Игорь вошел в холл, заметив от входа комнату под лестницей с перфорированными белыми стенами, какие бывают в студии звукозаписи. Там же торчала видеокамера на штативе, на столешнице, расположенной вдоль стены, стояло несколько открытых ноутбуков и еще какая-то аппаратура. Профессиональная и недешевая студия для работы журналиста.

— Не вижу препятствий. Не собираетесь же фотографироваться с ним на память. Просто, как мне кажется, сами вы быстрее сможете ему растолковать, что необходимо. Поставите задачу. Проходите же, я угощу вас препеком.

Они выпили водки из тонких ледяных стопок, закусили темно-фиолетовыми оливками и розовыми креветками с чесночным соусом, разложенными на овальном золотистом блюде так, что безголовые тушки утыкались одна в спину другой. Мужчины сидели около низкого массивного полированного журнального стола — полтора на полтора, маленький аэродром.

Игорь осмотрелся в огромной гостиной. Бледно-лимонные стены, зеркала, вставки из песчаника, темно-коричневый паркет, сосульками свисающие с потолка плафоны светильников, огромные красно-бежевые ковры на полу со сценами охоты, угловой диван в цвет стен и штор. В холле два кожаных полукруглых кресла и мозаичное панно в оттенках красного, чья-то физиономия в стилистике Уорхола.

— Откуда этот ваш Стас? Из Москвы?

— Нет, — чуть удивился болгарин. — Он из Казани. Но у него связи по всей России.

Игорь скептически скривился, но тут же ему в голову пришла занимательная мысль:

— А этот ваш Стас никакого отношения к ИГ не имеет? К радикальному исламу? В Сирии хватало парней из Татарстана, рекрутированных вербовщиками-радикалами.

— Это еще зачем? Нет. Он с бандитами дел не имеет. Так и попасться недолго. Он чист перед законом, насколько это возможно. Максимум мелкий шантаж какого-нибудь регионального чиновника, чтобы получить данные на того или иного человека. Как видите, я вам раскрываю свою кухню. И надеюсь на взаимное доверие и откровенность. Зачем вам связь с игиловским подпольем?

— Тут нет особого секрета. — Игорь встал с дивана. Сидеть на нем было очень неудобно, низко и слишком мягко. Прошел к комоду, где стояли золотистые статуэтки и несколько фотографий (ничего семейного, лишь фото хозяина, запечатленного, когда ему вручают очередную журналистскую награду), облокотился о краешек. Хозяин продолжал сидеть. — Диверсионная деятельность — одно из направлений, по которому работает ГУР. Нам нужны связи.

— Нет, нет и нет! Стас в этом участвовать не будет. Да он никак и не связан. Вам необходимо сейчас сосредоточиться на самолетах. Это самое главное!

— Что именно самое главное, буду решать я сам и мое руководство, — сухо отреагировал Игорь на последнее восклицание, причем довольно агрессивное.

— У меня и мысли не было вам указывать, — пошел на попятную болгарин, подняв обе ладони в примирительном жесте. — Просто, насколько я понимаю, нам все же необходимо довести начатое до конца, и желательно, чтобы результат оказался положительным. Полученные Украиной российские самолеты вместе с обученными, опытными пилотами — это удача. И в плане пропаганды, и в военном плане. Победа. Тем более что это можно будет преподнести не как их добровольное решение, а как успех ваших ВВС, вроде как они не сами прилетели, а их принудительно посадили украинские доблестные летчики.