Онлайн книга «Держите огонь зажженным»
|
— Спасибо. Да, не стоит лишний раз нам светиться вместе. С Зарой это вызовет меньше подозрений. В шифровке от турок Петр получил ожидаемые указания. Их все так же интересовали места базирования групп РПК, и в особенности русского батальона, о котором упомянул в своем вчерашнем послании Садакатли. Он не собирался форсировать и сжимать пружину событий и времени. Она и сама сжималась, втянув Горюнова внутрь и сдавливая своей стальной спиралью все сильнее. У него еще вчера была готова вторая шифровка туркам. Ему и ответ их сегодняшний был не нужен. Так, ради проформы. Надо же дать им возможность сделать ход, а то еще, чего доброго, обидятся. День-два он решил выждать с отправкой очередной шифровки, изображая осторожность и раздумье. А затем потребовать от митовцев помощников. Во-первых, замкомандира не сможет выезжать на все планируемые командованием батальона операции, оставлять там радиометки, а во-вторых, и не стал бы подставляться. Нужны «шестерки». Он их будет прикрывать по мере возможности, не допускать досмотров перед выходом на задание, но в случае их провала первый пустит им пулю в лоб, как внедренным агентам. Туда, где будут поставлены радиометки, могут направлять беспилотники для доразведки. Так выявится и местонахождение баз и складов с оружием, поскольку метки будут выставляться при всех перемещениях батальона. Именно об этих жертвах Петр и толковал Карайылану. Он станет посылать «помощников» только лишь на те объекты и задания, которые оговорит с руководством РПК и которые они безболезненно для себя будут готовы сдать туркам. Хотя бесконечно долго водить за нос митовцев не удастся, но ближайшие полгода Горюнов надеялся продержаться. Все же одно дело, если бы он сам ставил метки, а совсем другое – люди, завербованные турками. С него и взятки гладки. На этом удастся поиграть. С одной стороны, он идет на компромисс с митовцами, позволяя их агентам беспрепятственно проникнуть в РПК, а с другой – этих агентов будут жестко, но незримо контролировать – Петр сам и будет осуществлять контроль, иначе добряк Карайылан лично придушит его. * * * Он лежал на брезенте посреди плаца и смотрел в небо. Вокруг толпились мужчины и женщины. Некоторые девушки плакали… Только что вернулась группа после подрыва четырех машин турецкого дипкорпуса. К востоку от Мосула радиоуправляемый фугас подложили под дорожное полотно. Но ни один дипломат не пострадал. Бронированная машина генконсула Йылмаза выдержала взрыв. Генконсула постарались быстрее увезти с места подрыва, как и положено по инструкции, дабы избежать вероятного обстрела. А вот телохранители остались и очень точно обстреляли группу, засевшую, как казалось курдам, на безопасном расстоянии. Подтянулась полиция… Курды отступали с двумя ранеными и убитым Сёнером Тургаем, тем самым мальчишкой, который приносил Петру еду в первые дни его пребывания в горах, до встречи с Карайыланом. Горюнов стоял совсем рядом с мертвым мальчишкой, вглядываясь в бледное продолговатое лицо, осунувшееся, с носом, ставшим более заметным, темно-каштановые волосы слиплись от крови на лбу. Он сейчас еще больше напоминал ту птичку, что стучала в окно казармы. Петр глядел на него, а думал о Мансуре. Все вокруг молчали – люди, решившие бороться за свою независимость и создание государства. Видели они на избранном ими пути уже очень многое. Но смерть врага – это одно. А убитый мальчишка, смотрящий в небо остановившимся взглядом полуприкрытых глаз, – это что-то совсем другое… |