Книга Менеджеры халифата, страница 87 – Ирина Дегтярева

— Я не работал во внешней разведке, с нелегалами дел тоже не имел. Но кое-кого помню, правда, не знаю об их дальнейшей судьбе, тут уж не обессудь. Ты как Мункар и Накир^[90]. Будешь донимать своими вопросами.

— И не только. «И как же, когда их упокоят ангелы, они будут бить их по лицам и по хребтам», – турок процитировал Коран.

— Это если я грешник. Но я чист перед своими братьями-суннитами и Аллахом.

— Все вы, иракские офицеры, вспомнили о вере, когда у вас дом сгорел. Когда Всевышний указал вам ваше место, вы опомнились. – Он усмехнулся. – Теперь все встало на свои места, ты мой мамлук^[91].

Тарек скривился, но промолчал. Он намеренно заговорил об ангелах, желая продемонстрировать Кюбату свою набожность, и ввязался в ненужный спор. «Конечно, – подумал Тарек, – турки хотят вернуть свою империю. У него это на лбу написано».

Соглашаясь работать на российскую разведку, Тарек поставил условие, что он не будет действовать против Ирака. Где угодно, в любой другой арабской стране. Но теперь наступил час икс. Придется чем-то жертвовать, чтобы выжить и выполнить задание. Да и Кабир очень просил.

Тареку нужно было сдавать козырные карты – достоверную, стопудовую секретную информацию, чтобы заинтересовать MIT наверняка, с гарантией. Он тянул время, недоговаривал, утаивал сведения так, чтобы это стало заметно туркам. Допрашивал его не только Кюбат, но и другие… Но это было позже, и это продолжалось несколько месяцев. Был все-таки и полиграф, на котором митовцы уточняли детали его откровений.

А вначале было то, чего, в общем, Тарек не ожидал. На следующий же день, когда иракца перевели в более комфортное помещение – там хотя бы стояли кровать и стол со стулом, через час за ним снова пришли. Он-то думал, состоится очередной допрос. Но его повели в противоположную от допросных камер сторону. Он уже успел запомнить маршрут.

В узкий коридор, где очутился Тарек, выходила только одна дверь, и около нее скучал Кюбат. Увидев иракца, он распахнул дверь и пальцем указал внутрь:

— Вот так будет и с тобой, если ты задумал нас обмануть.

Тарек заглянул в дверной проем и увидел лежащего на полу человека. Сразу понял, что тот мертв. За спиной иракца Кюбат щелкнул включателем и с любопытством следил за выражением лица Тарека, наблюдая за ним сбоку.

Араб никак не отреагировал. Видел слишком много трупов за свою жизнь, а Теймураз лично для него ничего не значил. Мертв он был уже больше суток. Сильно избит и замучен, с кровоподтеком на виске, там, куда, по-видимому, пришелся смертельный удар. Тарек решил для себя, что Кюбат убил его случайно, в порыве гнева.

«Дурак! – подумал полковник про турка. – Такими разведчиками так не размениваются».

Из допроса Теймураза, при котором невольно присутствовал, Тарек понял, что этот человек не просто бывший российский разведчик, но и связан уже теперь с ЦРУ. Даже если он продолжал действовать на благо России, митовцы могли использовать его как двойного агента и заполучить крота в ЦРУ, не подпуская при этом к своим секретам, мирясь с его работой на Россию. Убивать-то зачем?

«Кюбат – псих! – заключил Тарек, покосившись на турка, и, увидев его улыбающееся лицо, решил. – Садист к тому же. С ним надо поосторожнее».

Тарек словно обнаружил себя посередине минного поля. Каким образом он сюда попал – десантировался или его заманили, уже не имело значения. Теперь предстояло выбираться, долго и мучительно. С риском каждую секунду оступиться и взлететь на воздух.