Книга Замуж по подписке, страница 136 – Ольга Пашнина, Анна Одувалова

— Кто знает, где можно быстро найти красивую картинку? – провыла я. – Я не вынесу, если мои читатели вынуждены будут покупать вот это. – Дайте хоть что-то! Абстракцию, пейзаж, красивую надпись…

— Могу предложить семейный портрет или «Ромашковое поле в полдень». Кстати, Марго, твоего портрета нет в галерее. Художник заказан на следующий месяц, – флегматично отозвался Адриан, которого все происходящее, кажется, забавляло.

А вот меня не очень.

— Ты серьезно? – спросила я таким убийственным тоном, что муж моего тела, кажется, даже смутился.

— Портрет все равно нужен, а «ромашки» рисовал великий Ловичелли, и они однозначно лучше, чем твои сис… – начал он, но стушевался и даже закашлялся, поняв, как двусмысленно звучит фраза.

— Мои сис… – передразнила я, – всегда со мной. А это, – я потрясла уже изрядно помятым листком, – сублимация художника и редактора. Для романтического жанра должна рисовать девочка, и точка!

— О! – Эрик наконец сбежал от Марты на противоположный край стола, там опустошил бокал вина и решил порадовать нас идеей. – У меня осталось много маминых работ. Она любила рисовать. Правда, лет в тридцать она слегка тронулась умом, поэтому рисовала свои сны и видения. Но вообще была неплохой художницей. И очень рассеянной родительницей. Я сохранил ее работы. Можем поискать в кладовке. Вдруг подойдет?

— Сомневаюсь, – вздохнула я. – Но выбора нет. Художника, который успеет быстро нарисовать что-то вменяемое, мы точно сейчас не отыщем. У нас осталось три часа на все про все.

Еда, вино, радость от публикации – все оказалось забыто, когда Эрик притащил с чердака три большие папки, забитые рисунками. Чего тут только не было! Пейзажи, портреты, абстракции, написанные красками. Зарисовки, выполненные в графической технике. Мать Эрика и правда была талантлива. Я бы с удовольствием потратила вечер, в неспешном темпе рассматривая ее рисунки.

Некоторые сцены, сюжеты и антураж были действительно очень необычными. Красное небо, несколько лун над мрачным темным водопадом, гроза над старым замком и крылатые люди среди туч, диковинные цветы, единороги, феи с ажурными крыльями.

— Это ваш мир? – шепотом спросила я у Марты.

Она все еще дулась за признание выдающихся заслуг нарисованной Настюши, поэтому Эрик благоразумно держался подальше и нас не слышал.

— Нет. Я никогда такого не видела.

Даже Адриан, казалось, весь обратился во внимание.

Я провела пальцем по одному из рисунков. Три фигуры на фоне трех лун: в центре девушка с нетопыриными крыльями и шикарными длинными волосами, а в небе – силуэт дракона. На другом холсте по сугробам важно вышагивал пушистый рыжий кот, словно не замечая стоящую рядом парочку: парня с ледяными крыльями и рыжеволосую красотку. А вот совершенно волшебная девушка в легком платье, лежащая на спине дракона.

Следующая картина заставила меня замереть. Мегаполис! Наш, привычный, но настолько не вписывающийся в декорации этого мира, что он в буквальном смысле завораживал. Вид на него открывался из окна небоскреба, а на фоне огней ночного города виднелись две фигуры: хрупкая девушка и мужчина в чем-то подозрительно напоминающем деловой костюм!

— Хочу ее! – сказала я, вытаскивая картину из пачки. – Если мне не поставят на обложку это, начну рыдать и биться в истерике. И никогда ничего больше не буду писать! – Вдруг подумалось, что это звучит не как угроза, а как надежда. – Нет, это я погорячилась. Писать буду. Но картинка идеальна, правда. Сюда бы еще надпись, нарочито небрежную, крупными белыми буквами.