Книга Развод по-драконьи, страница 128 – Ольга Пашнина

— Все слишком сложно, рыжик.

Кажется, я схожу с ума. Услышать «рыжик» из уст (точнее, пасти) дракона, которого я считала диким и с которым так и не успела попрощаться перед отлетом из Лесного, оказалось странно.

— Что сложного в том, чтобы перестать врать? Джулиан, я думала, что ты просто играешь со мной!

— Я тебя защищаю!

Он осекся.

— Защищал. Твое любопытство тебя сгубило.

— Что, сожрешь меня, чтобы свидетелей не осталось?

— Квин…

— Тогда от чего ты меня защищал?! От правды?! От того, что с тобой происходит?!

— От себя!

Я умолкла, удивленно уставившись на Джулиана. В его голосе, лишь отдаленно напоминающем человеческий, прозвучали незнакомые нотки. То ли обреченной усталости, то бессильной злости.

— Что значит – от себя?

— Я тебе расскажу. Только надень повязку. Как ты меня нашла?

— Я не тебя искала, а хоть кого-то. Понятия не имею, куда шла, ты же не удосужился показать дорогу.

— Прости, рыжик. Мне пришлось. Повязку, пожалуйста.

Нехотя – казалось, что если я перестану видеть дракона, то перестану и верить в него – я завязала глаза и села на пол, напротив Джулиана, прислонившись спиной к стоящей посреди ангара кабине. Ненавижу так говорить! Хочу смотреть ему в глаза, хочу рассматривать, искать в драконе знакомые черты.

Это невозможно!

Но это есть.

Мы все выросли на старых сказках. О том, как древний дракон, заколдованный злобной богиней, стал единственным существом, пережившим настоящий конец света. Как после сотен лет он очнулся и едва не погрузил мир в хаос, и как смертная девушка пробудила в драконе любовь, а вместе с ней и человечность.

Я всегда считала, что история Ладона – красивая метафора о том, что ради любви люди меняются. А не о том, что какой-то мужик на самом деле превращался в гигантскую зверюгу! Это ж сколько у его жены уходило на еду?

— Ну? – когда пауза затянулась, возмутилась я. – Что ты молчишь?

— Думаю.

— Ого, да сегодня стоит объявить национальный праздник.

Дракон закашлялся, и я против воли улыбнулась.

— У капитана научилась. Знаешь ли, та еще заноза. Джулиан, рассказывай! Иначе как только мы вернемся, я соберу вещи, напишу заявление и уеду в Подземный! Буду работать там в баре, участвовать в оргиях и рассказывать всем, какая скотина мой бывший муж – в прямом смысле этого слова!

Дракон вздохнул. Я не могла его видеть, но живо представляла, как он положил морду на передние лапы и лениво зажмурился. Наверное, ему было очень весело, когда я пообещала научить его разговаривать.

А еще я призналась, что люблю Джулиана… Джулиану же. Более унизительную ситуацию сложно придумать!

— Я не знаю, с чего начать, рыжик.

— С того, как это вообще возможно. Драконов-оборотней не существует! Это сказки!

— Хотелось бы мне, чтобы это было так. Но… в моем роду были оборотни. Я тоже считал это сказками, старыми легендами. Все повернутые на древности рода обожают рассказывать, какие великие личности затесались в предках. Мой отец говорил о Ладоне. Первом драконе, которого прокляла богиня Меридия. Спустя много сотен лет пробудившийся от вечного сна Ладон полюбил обычную девушку из рода Златокрылых. Они нарожали кучу детишек, и они были оборотни.

— Да, твоя мама рассказывала эту историю за ужином.

— Много лет оборотни не рождались. Или хорошо скрывались. Род Златокрылых давно ушел от той ветви. В моих предках даже нет никого отдаленно близкого Ладону. Во всяком случае, пару сотен лет назад за генеалогией следили из рук вон плохо, и никаких свидетельств того, что Ладон вообще существовал, не осталось.