Книга Присвою тебя. Навсегда, страница 97 – Виктория Кузьмина

— Ммм... Тим... — выдохнула она между поцелуями, но он не дал ей договорить углубляя, проникая языком в её рот. Чувствуя, как она отвечает и её руки скользят по его плечам, зарываются в волосы.

— Что ты... ах! — пискнула она, когда он резко развязал фартук и ткань упала на пол.

Под тонкой тканью топика тяжелела аппетитная грудь и Тим не стал медлить. Желание попробовать сладкие вершины переполняло всё нутро.

Он стянул тонкую ткань, открывая взору то, от чего у него перехватывало дыхание каждый раз. Крупная, тяжёлая, с набухшими розовыми сосками. Она налилась за эти месяцы, став ещё более желанной.

— Тим... здесь... — прошептала она, но в голосе не было протеста, только лёгкое смущение, смешанное с возбуждением.

— Здесь, — подтвердил он, прижимая её к стене коридора и накрывая ртом сосок.

Соня выгнулась, застонав, запустила пальцы в его волосы, прижимая ближе. Её стоны звучали для Тима лучшей музыкой. Он целовал её грудь, посасывал, покусывал, слушая, как сбивается её дыхание, как она вздрагивает от каждого прикосновения языка.

— Я хочу тебя, — выдохнул он, поднимая голову и встречая её затуманенный взгляд. — Прямо сейчас.

— Да, — прошептала она, и это «да» обожгло его сильнее любого огня.

Он подхватил её под ягодицы, приподнимая, и она обхватила его ногами, прижимаясь к нему всем телом. Он усадил её на тумбу в коридоре. Шорты были тонкими, и он чувствовал жар, исходящий от неё, чувствовал, какая она уже влажная... Готовая принять его.

— Тим... осторожно, — напомнила она, положив руку на живот, и он кивнул, хотя внутри всё горело желанием.

— Я помню, малыш. Я всегда помню.

Он спустил с неё шорты вместе с кружевными трусиками, и они упали на пол, присоединившись к фартуку и топику. Соня осталась полностью обнажённой в его руках, и Тим замер на мгновение, любуясь ею… Возбуждение разрывало на части, но он не мог оторвать взгляд от нее. Прекрасна. Округлившийся живот, налитая грудь, раскрасневшаяся кожа.

— Ты прекрасна, — прошептал он, и это не было комплиментом, это была констатация факта.

— Люблю тебя, — выдохнула она.

— И я тебя люблю.

Подхватив её ноги под колени, он осторожно вошёл. Медленно. Плавно. Чувствуя, как её тело раскрывается навстречу, как тугие стеночки сжимают его. Принимая. Она глухо застонала, запрокинув голову и вцепилась пальцами в его плечи. Стон разнёсся по коридору, отражаясь от стен. А у Тима каждый нерв пел от осознания её наслаждения.

Он двигался медленно, глубоко, стараясь не причинять дискомфорта, но каждое движение отдавалось в ней дрожью. Он знал, что сейчас ей нравилось именно так. Нежно. Глубоко. Она дурела от полного контакта и, возможно, именно беременность делала её такой чувствительной. Но Борзов терял голову от того, как она задыхалась от удовольствия, когда он двигался в ней.

— Чуть быстрее, — захныкала, кусая пухлые губы. — Тим, пожалуйста... Я… Ммм

Он целовал её шею, плечи, грудь, не переставая двигаться, и Соня отвечала на каждый поцелуй, царапала его спину. Стонала, не сдерживаясь, потому что в этом доме не было никого, кроме них, и можно было не прятать своих чувств.

— Тим... я... — начала, но слова оборвались криком, когда оргазм накрыл её волной, заставляя выгнуться, прижаться к нему сильнее, сжимая его внутри себя так сильно, что у него потемнело в глазах.