Книга Искра, страница 66 – Ольга Пашнина

— Манипулировать мной бесполезно, Ярина.

— У меня был очень длинный день. Я безумно устала. И спасибо за поздравления, мам. Моя команда – действительно классные маги, которые заслуженно выиграли этап. А теперь я пойду. Папа, спокойной ночи. Мама, всего доброго.

— Яриш… – донесся мне в спину голос отца. Но последовать за мной папа не решился. И от этого было еще больнее.

Я вышла в коридор и окинула взглядом отражение в старом мутном зеркале, что висело здесь столько, сколько я себя помню. Из зеркала на меня смотрела изрядно потрепанная девица. Из прически выбились пряди, превратив ее в некое подобие сеновала. На щеке и лбу красовались следы от сажи, а под ногтями были противные черные полоски. Я как будто весь день занималась тем, что копалась в земле. И бальное платье будто бы надела просто по ошибке, найдя его на какой-то элитной помойке.

Прежде чем уходить из дома во взрослую жизнь, надо было забрать свои вещи, чтобы не бродить по улицам магического Петербурга в платье давно умершей девушки. Но возвращаться в родительскую комнату не хотелось. И я направилась в ванную – умыться, привести себя в порядок и немного остыть. Щеки сильно горели, а глаза щипало от невыплаканных слез.

В ванной я дала себе волю эмоциям, буквально на несколько минут поддавшись рыданиям. Было обидно. Не потому что меня выгнали из дома и не потому что мама сказала много неприятных слов. А потому что мир изменился, стал совершенно другим, наполнился магией… Но любовь родителей я так и не заслужила.

Не то чтобы я строила какие-то иллюзии. Папа любил меня, любил по-настоящему, давал столько тепла, сколько мог. Но для него всегда только мама была единственной любимой женщиной. А я была лишь ее продолжением.

Мама никогда не питала ко мне теплых чувств. Она исполняла все родительские обязанности с присущей ей тщательностью и… идеальностью. Она обеспечивала меня, одевала, возила отдыхать и в глазах окружающих была идеальной матерью. Но, наверное, я по пальцам могу пересчитать разы, когда мама обнимала меня, утешала или просто за что-то хвалила.

Наверное, в глубине души я знала, что все кончится именно этим. Но почему-то не стала готовиться. Хотя могла бы взять деньги, полученные за участие в Играх, собрать вещи и быть готовой к поиску жилья и новой самостоятельной жизни. Безусловно, завтра я вернусь в комнату и все это сделаю. Но сейчас мне предстояло решить вопрос, где остаться хотя бы на одну ночь.

Когда я вышла из ванной, то увидела возле приоткрытой двери соседней с нашей комнаты мужской силуэт и безошибочно узнала в нем Светлова. Сначала внутри вспыхнула ярость – захотелось подскочить к гаду и отвесить ему мощную оплеуху за то, что он сегодня сделал. Но, к счастью, усталость была сильнее, и я просто прошла мимо. Точнее, попыталась. Михаил остановил меня, взяв за руку.

— Почему ты такая упрямая, Огонек? – спросил он.

— Из-за того, что ты сделал, – тихо сказала я, – чуть не погиб Александр. Он болен, и ему нужно быть рядом с сестрой – только она может ему помочь во время приступа.

Это была, конечно, ложь, но очень близкая к правде. Лицо Михаила изменилось – кажется, он действительно не знал об особенности близнецов и не ожидал, что его действие приведет к таким результатам.

— Я просто хотел, чтобы ты была в безопасности. Я обещал защитить тебя. И я сделаю все, чтобы это обещание сдержать.