Книга Создатель злодейки. Том 2, страница 109 – Sol Leesu

Услышав обращение на «ты», я мягко, но решительно встала между ними, преградив путь Киллиану с его «доброжелательной» улыбкой и протянутой рукой. Пожалуйста, остыньте, ваше злодейство.

Я опустилась на одно колено перед мальчишкой, чтобы смотреть ему прямо в глаза, и спросила:

— Как тебя зовут?

— Василий.

Имя было названо без единой секунды раздумий, и я на миг потеряла дар речи. П-подождите-ка… Может, он еще моложе, чем я думала…

— А сколько тебе лет?

Мальчишка часто-часто заморгал и склонил голову набок:

— Что это такое?

— …

Нет, начинать надо было явно с другого.

— Я спрашиваю, сколько лет ты уже живешь.

— Не считал, не знаю.

— …

Все колдуны такие, что ли? Я молча посмотрела на Киллиана.

— Неужели ему тоже около шестисот лет…

— Это невозможно.

— Ну да, логично.

Я слегка встряхнула головой, пытаясь собраться с мыслями. Тем временем Василий, о чем-то сосредоточенно поразмыслив, вдруг выдал:

— Хм, если считать с того дня, как меня выпустили из камеры, то сейчас пятый год. Значит, мне пять лет?

— Начнем с того, что это неточно.

Ответ вырвался автоматически, но больше всего меня задело другое: от слова «камера» веяло откровенным детским садизмом.

Я прищурила глаза и спросила:

— То есть до этого события ты все время был заперт?

— Ага.

— Как?

— С ошейником и кандалами. Но это не самое страшное. Там было окошко величиной с ладонь. Я через него смотрел на небо, видел солнечный свет… Но иногда мне еще и повязку на глаза надевали и намордник, и тогда сложнее было понять, сколько времени прошло. Так что пять лет вроде нормально. Если с вопросами покончено, можно я его уже потрогаю? – спросил он, показывая на Киллиана.

«Господи… Его растили как хищника в неволе… Как до такого дошло?..»

Похоже, он и правда впервые увидел другого колдуна. А значит, и человека, на которого не действуют несчастья.

В этот момент, помолчав и о чем-то поразмыслив, Киллиан сказал:

— Кстати, вспомнил. Несколько лет назад у нас пропал ребенок.

— Пропал ребенок?

— Иногда сила магии передается по наследству, но может также проявляться и в чужом роду. Впрочем, с божественной силой то же самое.

По его словам, если на континенте рождался ребенок с колдовской силой, его забирали и увозили в королевство Ротуло. Такой человек в будущем сулил несчастья всем вокруг, поэтому от этих детей в большинстве случаев отказывались еще при рождении.

— Если ребенок с силой колдовства вырос на землях империи, в нормальных условиях он жить не мог, – с завидным спокойствием сказал Киллиан.

Я уже открыла было рот, чтобы возмутиться тем, насколько уместно такое безответственное замечание для короля, когда увидела его потемневшие глаза.

— Хорошо, что его не утащили в храм…

Его взгляд ненадолго расфокусировался, словно Киллиан вернулся в прошлое, вспомнил о чем-то, но вскоре он снова обрел прежний блеск.

— Так кто это был?

— А?

— Кто забрал нашего ребенка и вырастил вот так, по собственному усмотрению?

Его глаза сверкнули… но не пламенем, а чем-то близким к послевкусию резни.

Голос звучал беззаботно, но по тихо бурлящей ауре становилось понятно, просто так он это не оставит. То, что Василий пытался меня убить, было для него отдельной темой.

Именно такой безбашенный одиночка, на мой взгляд, мог быть настоящим королем колдунов. Как ни крути, они были изгнанниками и в империи, и на всем континенте, так что между своими у них, должно быть, особая сплоченность.