Книга Создатель злодейки. Том 2, страница 185 – Sol Leesu

«Теперь я ни за что не собираюсь умирать».

Я решила, что хотя бы об этом им можно рассказать. Все-таки Киллиан для них как семья. Пусть немного успокоятся.

Но они, выслушав меня, только переглянулись. На их лицах читалось что-то вроде: «Зачем вслух говорить столь очевидные вещи?»

— Я так и думал. С первой встречи господин всегда казался мне закатным небом, которое только и ждет дня, когда наконец умрет.

— А теперь не то что умирать, он хоть куда за вами пойдет. Когда он попытался разорвать преграду между миром людей и миром богов, я подумал, что на этом наш мир и закончится.

— Мы на своей шкуре узнали, каково это, когда обычно спокойный человек окончательно сходит с ума.

— Если он в итоге и вправду станет богом, уверяю, мы особо не удивимся…

— Еще как.

— Ага.

По их виду было ясно, что они и так уже понимают, какое решение примет Киллиан. Кажется, они ломали голову, что им делать, если по окончании отсрочки он все-таки станет богом, но в итоге все оказалось предсказуемо и даже банально.

— А если он станет богом, вы точно будете в порядке?

Мне стало любопытно, как они могут оставаться такими спокойными, и я сразу задала этот вопрос.

— Мы уже говорили. Если это выбор господина, мы его уважаем, – последовал немедленный ответ.

— Господин не из тех, кто станет проявлять великодушие к врагам. Скорее он безжалостно растопчет их чувства, если сочтет нужным. Понимаете, о чем я? Так что, раз господин сам так решил, за вами – то есть за госпожой Эко – нет никакой вины.

После ее слов тот самый мужчина, все еще держась за пах, поднялся и, пошатываясь, подошел ближе:

— Это ведь значит только одно: он вас, богиню, до смерти любит. Ни на миг отпускать не хочет. Вот как страшна поздняя любовь… Ай! Да перестань ты меня уже лупить!

Марселин, уверенно дубасившая его кулаком, только недовольно скривилась, когда он схватил ее за запястье, и отдала распоряжение:

— Василий, кусай!

— Гав!

Побледнев до синевы, мужчина бросился наутек. За ним, словно гончая, помчался Василий. Только что Марселин беспокоилась о его манерах, но дрессировка, похоже, прошла на ура. Хотя… то, что его по-прежнему обращают в собачку, – это нормально?.. Методы, безусловно, грубоваты, но раз уж он купается в любви и внимании, наверное, все не так плохо.

Я с тоской смотрела на коридор, по которому они пронеслись, оставив после себя свечение.

А Марселин продолжила:

— Это немного грустно, но, честно говоря, мы затягивали ситуацию с тем, кто должен был уйти уже давно. Какое право мы имеем просить его остаться?

— Как бы долго господин ни жил, не то чтобы он собирался жить тут тысячи и тысячи лет. Я была уверена, что у него терпение лопнет. Он сведет с богиней счеты, и все. Но я даже подумать не могла, что он станет встречаться с божеством.

Колдуны только качали головами и цокали языками. Скорее, они были не разочарованы, а поражены необычайными способностями Киллиана. Это был момент, когда стоило задаться вопросом, что на самом деле значило для них существование Киллиана.

Так или иначе, услышав от них совершенно не совпадающие с моими ожиданиями ответы, я внутренне перевела дух. Немного помедлив, я предложила им один вариант:

— Если хотите, я могу забрать у вас несчастье. Лишить магической силы, чтобы вы жили как обычные люди.