Книга Создатель злодейки. Том 2, страница 32 – Sol Leesu

Это нужно признать.

Когда-нибудь потом он обязательно вернет долг. Но сейчас… сейчас можно только опереться на нее. Это ощущение было таким непривычным, что у Леннокса дух захватывало.

После того как он стал самым молодым великим мастером меча, на самой вершине он всегда стоял один. Рыцари, народ, даже дети – все смотрели на него с восхищением снизу вверх, как на легенду, чудо, ярчайшую звезду.

И с каждым днем он становился все легендарнее. Люди приписывали ему невозможное, видели в нем спасителя, почти божество, творящее чудеса.

И хотя он действительно никогда не проигрывал, порой это было слишком тяжело. Леннокс казался себе лебедем, грациозно плывущим по поверхности, но отчаянно гребущим ногами под водой.

Он был кумиром миллионов.

Рыцарь рассвета. Свет надежды, озаряющий мир, который погружен в темноту.

Леннокс был символом абсолютной победы, человеком, который никогда не должен показывать слабость. Он излучал негасимый блеск и великолепие. Даже когда бушевали бури, он должен был непоколебимо стоять в центре.

Если в его душу закрадывались сомнения, он не смел допускать ни малейшего проявления слабости. И никогда не задавался вопросом: «Смогу ли я?» Потому что обязан был сделать.

Когда его учитель, единственный духовный ориентир, умер, Леннокс впервые пришел к мысли, что так, вероятно, будет всегда. Одинокая жизнь. Одинокая смерть. Никто не увидит и не поймет уязвимости «величайшего рыцаря».

Такова его судьба.

И он принимал ее.

До сегодняшнего дня.

Сегодня он впервые после смерти учителя был спасен кем-то другим.

Но прежде чем гордость лучшего рыцаря была уязвлена тем, что он обязан жизнью постороннему человеку, любопытство побудило его подняться.

Любой, кто хоть немного разбирался в мечах, должен был узнать Леннокса. Его портреты украшали все торговые площади империи.

И все же эта женщина пришла на помощь без колебаний. Спасла его, не поведя бровью, когда он был в полном смятении, измученный и жалкий.

«Кто же она?»

Эта мысль едва успела оформиться в его голове, когда ноги подкосились и мир закружился перед глазами. Он попытался удержать равновесие, но жар обжигал изнутри, веки тяжелели. Леннокс уперся мечом в землю, из последних сил пытаясь устоять, но все было напрасно.

Его разум полностью затуманился.

Перед глазами замелькали галлюцинации из детства, за которыми последовали воспоминания о первом опыте, близком к смерти, о восторге оттого, что он впервые превзошел своего учителя, о переполняющих эмоциях, когда он присягнул Вернеру на верность, о смерти учителя и самобичевании, которому он предавался, когда питал к Шарлотте неясные чувства. Все это смешалось и закружилось бессвязно и хаотично.

«Если ты не можешь защитить меня, то совершенно бесполезен!»

Фраза Шарлотты снова пронзила его сердце, словно раскаленный шип.

— Если тяжело… поспите немного.

Чья-то рука мягко опустилась ему на веки.

Это было настолько легкое и теплое прикосновение, что трудно было поверить, что оно исходит от мечника. Нежное и в то же время надежное, словно рука бойца, прошедшего сотню битв.

— Откроете глаза, и все будет кончено.

Это был женский голос. Стоило Ленноксу услышать его, как тело полностью обмякло.

Разум шепнул: «Если не ты защитишь всех, то кто защитит?..»