Книга Создатель злодейки. Том 2, страница 29 – Sol Leesu

Чем выше ранг монстра, тем выше его интеллект. А Грибы Лимби относились к высшему рангу.

Леннокс цокнул языком и попытался снова сократить расстояние, но монстры лишь поднимали лапы, пытаясь раздавить его, и постоянно уклонялись.

Конечно, как бы они ни изгалялись, если хотя бы один из них попадал под удар меча, то неизбежно погибал, но их было слишком много, чтобы сражаться без затруднений.

Двадцать? Нет, кажется, сорок особей или даже больше. Откуда-то они продолжали вызывать новых сородичей и прибывали без конца – куда больше, чем в начале. Казалось, их стремление любой ценой прикончить Леннокса становилось почти осязаемым.

Рыцарь уничтожал их по мере приближения, не давая никому добраться до Шарлотты, но пределы его силы были очевидны. Последствия длительного вдыхания ядовитого газа постепенно проявлялись в его ослабленном теле.

«Черт…»

Зрение Леннокса начало мутнеть, а ноги подкашивались.

Ослепительно сиявшая белая аура меча тоже теряла свет, рассеивалась и дрожала. Это означало, что сила меча вернулась к своему первоначальному состоянию, как если бы твердость предмета с уровня «алмаз» скатилась на уровень «золото».

Лезвие, которое сначала разрубало тела Грибов Лимби напополам, теперь едва оставляло раны на их лапах, ведь панцири этих паукообразных монстров были чрезвычайно прочными.

«Теперь мы точно в тупике».

Ничего не поделаешь.

Если так продолжится, то Шарлотта и он сам в конце концов погибнут. Но у него оставался последний прием, способный разом уничтожить всех тварей, собравшихся в пещере.

Этот прием требовал не просто рискнуть жизнью, а расплатиться ею. Эту технику Леннокс мог использовать лишь один раз.

Грудь рыцаря едва заметно вздымалась. Он уже ничего не чувствовал. То ли боль притупилась, то ли это воздействие яда или и то, и другое, он не знал. Но в такой ситуации это стало почти облегчением. Иначе боль могла бы нарушить поток энергии, мешая применить технику.

Леннокс крепче сжал рукоять меча и направил его на монстров. Его губы едва заметно шевельнулись, когда он произнес низким, глухим голосом:

— Пламя чистилища, колышущееся в бездне! Огонь мрачной тьмы, искажающий…

— Кьяа-а-а-а-а!

Не успел Леннокс закончить вторую строку, как за его спиной раздался отчаянный, почти безумный крик.

Думая, что что-то случилось с Шарлоттой, он в панике обернулся, забыв, что окружен монстрами.

И увидел, что она, еще недавно сидевшая съежившись и дрожа, теперь корчится, катаясь по земле.

— Шарлотта!..

Пока Леннокс в отчаянии звал ее, одно из чудовищ яростно атаковало рыцаря. И хотя, застигнутый врасплох, он попытался уклониться, по его предплечью пробежала жгучая боль. Казалось, с руки сняли плоть.

«Яд уже распространился по телу…»

Он сжал зубы, отражая мечом удар мохнатой паучьей лапы, и мельком взглянул на Шарлотту. К счастью, она была не ранена, кажется, просто видела галлюцинации. До нее просто никто не смог бы добраться, ведь Леннокс все это время блокировал доступ.

Рыцарь чувствовал, что он уже на пределе.

Пещера и монстры вдруг стали окрашиваться во все цвета, будто вокруг вспыхивали фейерверки. А затем все превратилось в калейдоскоп. Мир, разлившийся яркими красками, начал кружиться. Состояние рыцаря было плачевным, поэтому у обоих слишком скоро появились признаки отравления.