Онлайн книга «Создатель злодейки. Том 2»
|
Сейчас был редкий случай, когда он говорил без своей фирменной «аслановской» тарабарщины и строил совершенно нормальные фразы. Неужели пока меня не было, он прошел курс ораторского мастерства? Когда Аслан рассказывал о своем секретном увлечении, то застенчиво заикался, не в силах говорить нормально, а теперь вдруг так преобразился? Это нечестно! Когда он безмятежно смотрел на меня, его выражение лица было холодным и бесстрастным, и я почувствовала, как холодный пот стекает по спине. Честно говоря, все так и есть. Сила Киллиана не просто сопоставима с силой рыцарей, она на порядок их превосходит. Он тот самый «черный маг-злодей», который одним махом может снести весь этот горный хребет. Но как только в голове у меня появилась эта мысль, глаза Аслана сузились, в них явно зажегся огонек подозрения. Он тщательно оглядел безупречный облик Киллиана сверху донизу и сказал: — Я слышал, твой дворецкий умеет лечить магией. Странно. В документах ничего подобного не значилось. Когда это ты успел проверить поддельные бумаги Киллиана? — Странно уже то, что человек, владеющий магией, соглашается быть дворецким. Более чем подозрительно. Нет, только не Киллиана! Как только Аслан начинает кого-то подозревать, все в этом человеке, вплоть до дыхания, кажется ему странным. Я подавила панику, сделала глубокий вдох и ответила как можно спокойнее: — Да, он немного умеет лечить, но на этом все. Как дворецкий он безупречен и крайне профессионален. А что до его силы… он слаб, беззащитен и совершенно ничем не примечателен. Настоящая ширма. — … В ту же секунду я буквально кожей почувствовала прикованный ко мне взгляд. Казалось, он сейчас прожжет насквозь мою щеку. Страшно даже представить, какое лицо сейчас у Киллиана, поэтому я упрямо не смотрела в его сторону. Аслан, видимо, принял мою отчаянную отговорку или решил, что «ширма он или нет» его особо не волнует, поэтому тяжело вздохнул и вернулся к исходной теме: — Если это не побег из дома, то зачем ехать в Казен? Аслана не убедит Айла, которая беззаветно жертвует собой ради других. Остался только путь воина. — Хотела доказать, что я сильная. — … Он посмотрел на меня с таким выражением, словно понятия не имел, что теперь со мной делать. Но, видимо, решил, что это не та область, в которую стоит вдаваться, поэтому тяжело вздохнул и начал меня уговаривать: — Ты даже не представляешь, насколько это безрассудно… Если бы ты хотя бы сказала, что собираешься надолго покинуть дом, нам бы не пришлось мучиться неизвестностью. — Я говорила отцу. — Не помню, чтобы он мне об этом сообщал. — Вот именно. По-моему, главная проблема нашей семьи – полное отсутствие коммуникации. — … — … Мы с Асланом замолчали, одновременно осознав, что ни мне, ни ему больше добавить нечего. * * * Знак запретной зоны у входа в Балкские горы исчез. Мерфи как завороженная смотрела на место, где он раньше стоял. Как бы ни говорили, что теперь все в порядке, для нее с детства это была территория «туда нельзя, там опасно». Еще задолго до нашествия чудовищ стоило подняться в горы, как почти наверняка наткнешься хотя бы на одну-две твари. Если уж приспичило перейти хребет, следовало непременно идти с сильным взрослым или взять с собой одного из наемников в деревне. |