Книга Мама, я не хочу быть Злодеем, страница 39 – Александра Король

— Мама! — его радостный возглас при моём появлении, как всегда, заставил моё сердце сжаться от тёплой нежности.

— Вкусные конфеты? А со мной поделишься?

— Конечно! — он потянул меня за руку к столу, усаживая в круг самых близких.

Лишь Люк сидел несколько особняком, на табуретке у окна. Массивная чашка казалась крошечной в его огромной, привыкшей к труду ладони.

Я позволила себе погрузиться в это обманчиво мирное чаепитие, не слишком активно участвуя в беседе, но с наслаждением вслушиваясь в звонкое щебетание сына. Из которого поняла главное, что Кевин хоть испугался, и расстроился, но, к счастью, не запомнил самых тяжёлых деталей произошедшего.

— Зайчик, я кое-что для тебя оставила в прихожей, иди посмотри, — мягко сказала я. — Думаю, Люсиль и Люку тоже будет интересно. А нам с Терезой нужно немного поговорить.

— Ты простишь меня когда-нибудь? — едва дождавшись, как за ними закрылась дверь, спросила Тереза, не поднимая глаз.

— Я уже простила, — ответила я, наклоняясь вперёд и заключая девушку в тёплые объятия. — Сначала я сильно разозлилась, думала, что накричу, как только увижу. Но потом отпустило. Ты не виновата и не в ответе за поступки другого человека, — успокаивающе погладила по спине, чувствуя, как вздрагивают её плечи.

— Я всё бросила, как только получила записку от Люсиль. Молилась только о том, чтобы Кевин не пострадал…

— Надеюсь, ты понимаешь, что нам придётся уехать.

— Да, понимаю, — она безнадёжно свесила голову, утирая украдкой слёзы.

— А сама не хочешь сменить обстановку?

— Не переживай, с ним я разберусь. Он больше не сунется в этот район, я обещаю. Может, вы всё же останетесь?

— Нет, нам и правда нужно ехать. Дело не только в произошедшем… есть и другие обстоятельства.

Мне претила необходимость юлить и что-то утаивать от близких, но сейчас не было выбора.

— Расскажи-ка лучше, как тебя угораздило связаться с женатым? — попыталась я сменить тему.

— Люсиль проговорилась? — Тереза горько усмехнулась. — Да как всех, наверное. Поначалу я и не знала. Он так красиво ухаживал… растопил моё сердце заботой, и я поддалась. Целых полгода витала на крыльях, а потом резко рухнула на землю. Увидела его с женой на приёме, где пела. Еле доработала до конца. Он потом умолял, валялся в ногах, клялся, что разведётся… а я, дура, поверила. Прошёл месяц, потом ещё… а он всё не разводился. А когда мне шепнули, что она в положении… я не смогла смирится. Он обманывал. Говорил, что давно с ней не живёт, только на людях появляются вместе. А ребёнок-то от кого?

Зря я спросила. Было видно, что воспоминания ещё слишком остро режут её душу.

— Ничего, ничего… Время всё лечит, — утешающе погладила её ладонь, хотя сама прекрасно знала: предательство не забывается, оно лишь притупляется.

— Пойдём, посмотрим, чем они там занимаются, а то что-то притихли, — предложила я, стараясь вывести её из мрачного состояния.

Вечер мы провели по-настоящему душевно. Я старалась запомнить каждую его секунду, каждую улыбку, каждый теплый взгляд. Глубоко внутри я чувствовала, что такого тихого покоя в кругу самых близких в моей жизни будет не скоро.

И следующее утро доказало, насколько я была права. Накануне я попросила близких не провожать нас — долгие проводы лишние слезы.

С трудом растолкала сонного сына, впопыхах проглотили по чашке чая и булочке, и покинули ставший таким родным дом.