Книга Мама, я не хочу быть Злодеем, страница 56 – Александра Король

Бен промолчал. Не стал спорить, не стал уговаривать, не предложил альтернативу, которая конечно же была, но едва ли обнадеживала. Просто стоял рядом, как делал это весь последний месяц, как, наверное, будет делать, пока мы не выберемся из этой передряги.

— Присмотри за ним, — попросила я. — За Кевином.

Бен кивнул и направился к змею.

А я осталась стоять на месте. Глядела на серое, низкое небо, на облака, бегущие к горизонту, на эту прекрасную махину, которая унесёт нас в столицу.

Я поступаю правильно. Я должна в это верить.

Калигроф встретил нас мягким, ласковым ветром и сиянием тысячи огней.

Город раскинулся внизу, в широкой долине, на краю которой высились скалы, а на одной из где то там, за облаками — Академия. С такого расстояния, конечно, не разглядеть, но воображение услужливо рисовало, как шпили башен уходят в самое небо, как витражи горят расплавленным золотом в лучах заката.

Но и тот вид, что открывался за окном — не воображаемый, а самый настоящий — завораживал не меньше. Узкие каналы отражали огни фонарей и первые, робкие звёзды. Город мерцал, переливался — точно сошёл со страниц детской сказоки.

Кевин прилип к окошку и не отрывался от открывшегося зрелища. Он даже дышать, кажется, забывал — только смотрел, широко распахнув глаза.

Эйбрахам сидел напротив. Спокойный, расслабленный, откинувшись на мягкую спинку — видно, что такие перелёты были для него обычным делом, рутиной, лишённой всякого волшебства. Он совсем не смотрел в окно. Он смотрел на Кевина. Внимательно, с едва заметной полуулыбкой, которую, кажется, не замечал за собой.

— Завтра же займусь поиском учителя, — сказал он, перехватив мой взгляд. — А пока отдыхайте. В моём доме можете чувствовать себя как дома.

Но не забывать, что в гостях, — мысленно добавила я, и эта мысль кольнула где-то под ребрами. Слишком хорошо я знала, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

Приземление и оставшийся путь по земле пролетели незаметно. На город окончательно опустилась ночь, укутав улицы в мягкий полумрак, разбавленный тёплым светом фонарей.

Кевин вовсю клевал носом. Когда пришло время выбираться, я попросила Бена подать мне сына. Тот замешкался — бросил взгляд в открытую дверцу на белокаменный особняк, и лицо его будто стало ещё мрачнее.

Что-то его явно тревожило. О чём я обязательно расспрошу завтра.

Но просьбу он выполнил — поднял Кевина и передал мне. Я последовала за Эйбрахамом, который уже поднялся к парадной двери. Он коротко переговорил с дворецким — сухим, подтянутым мужчиной с идеально прямой спиной, — поручил нас его заботе, пожелал спокойной ночи и скрылся в одном из коридоров.

Эту ночь я решила спать с сыном, чтобы утром он не испугался на новом месте. Дождалась, пока занесут наш скромный багаж, кое-как умылась, чувствуя, как усталость наваливается тяжёлым грузом, и отключилась на мягкой, невероятно удобной кровати, едва коснувшись головой подушки.

— Мам, просыпайся! — голос Кевина ворвался в сон, как утренний луч, настойчивый и тёплый. — Я не хочу один выходить, а кушать очень хочется!

Я приоткрыла один глаз. Сын сидел рядом на кровати, уже одетый, причёсанный и осторожно, кончиками пальцев, поглаживал меня по руке.

Я сделала вид, что сплю дальше. Затаила дыхание.