Книга Ненужная королева. Начать сначала, страница 56 – Маргарита Дюжева

Пока ждали чай, он не оставлял попыток разговорить меня. Как дела в усадьбе, всего ли хватает, приходят ли ко мне помощники. Последнее волновало его больше всего. Он ревниво сверкал глазами, когда спрашивал про Даррена, словно боялся, что тот на что-то претендует.

Я отвечала скупо, даже не пытаясь сделать вид, что меня этот разговор интересует.

— Твой отец еще не освободился?

Юджин тут же набычился:

— Тебя интересует только мой отец?

— Меня интересует только причина, по которой он меня вызвал.

На этом разговор завершился. Бывший жених с оскорбленным видом отвернулся к окну, а я ждала чай, и когда в дверь постучали — даже обрадовалась. Хоть какое-то развлечение.

Служанка внесла поднос, на котором стоял пузатый чайничек, две кружки и вазочка с конфетами. Выставила угощение на маленький столик, подкатила его ближе к дивану и, низко поклонившись, ушла.

Я же со спокойным интересом наблюдала за тем, как встрепенувшийся Юджин забыл об обидах и снова надел гостеприимную, услужливую маску.

Сначала он налил мне, потом себе:

— Угощайся.

И что у нас тут?

Я взяла кружку и вдохнула аромат. Пахло и правда жасмином, а еще мятой, вереском и медом. И среди всей этой сладости пробивались кислые нотки рагульника и горечь черного листа.

Значит, решил усыпить? Забавно.

Я сделала глоток, и не много посмаковав, сказала:

— Вкусно.

Он улыбался.

Дурак. Кто ж таким зельем демона травит? Пусть личина у меня человеческая, но суть осталась неизменной. Тут что-то позабористей надо, чем травки да листочки.

Я выпила одну кружку, потом попросила еще одну. На всякий случай зевнула, прикрываясь ладошкой, чтобы у Юджина не возникло подозрений. Уж очень интересно было, что этот недотепа задумал.

А он сидел напротив, едва прикасаясь губами к чашке и довольно улыбался. Его и без того холеная физиономия аж лоснилась от радости, когда я просила добавки.

В итоге чайник быстро опустел, и мне пришлось зевать активнее, потому что ничего не происходило. Пока Юджин терпеливо ждал, когда меня одолеет сон, я прикидывала, как лучше поступить. То ли повалиться навзничь, мол все, держать больше нет сил. То ли попытаться уйти и посмотреть, как гостеприимный хозяин будет меня останавливать.

— Ты что-то бледная, — участливо поинтересовался он, — устала?

— Очень, — вяло улыбнулась я, — просто сил нет, как спать хочу. Пожалуй пойду.

— Лил…

— Нет-нет, пойду. К отцу твоему приду завтра, — оставила от себя пустую кружку и поднялась с дивана.

Юждин тоже вскочил:

— Зачем же так торопиться. Он сейчас освободится и примет тебя…

— Всего хорошего.

Я прошла мимо него, внутренне готовясь к тому, что схватит.

И он схватил. Не сразу, а спустя пяток шагов с хриплым ультиматумом:

— Никуда ты не пойдешь.

Это было ожидаемо. Но вот к чему я точно оказалась не готова, так это к тому, что в ответ на его прикосновение у меня внутри полыхнет диким жаром. Смесью вожделения и безумия. Несмотря на то, что Юджина я искренне презирала и считала никчемным, мое тело взорвалось неудержимым желанием

Кажется, в этом чае было что-то.

Это был не яд и не алкоголь. Что-то другое, похожее на аюм-траву, которую жрицы в Красном Храме использовали для провала за грань и безумных оргий во имя плодородия.

Оно не поддавалось, не желало уходить из крови, дурманило мозг рождая больную страсть.