Книга Злодей моей мечты, страница 67 – Кира Лин

Братец отвечает рёвом. Его силуэт, испещрённый багровыми прожилками, бросается на меня с новой яростью. Мы сталкиваемся в воздухе, и вибрация от удара отдаётся в костях. Он стал сильнее. Быстрее. Невероятно быстрым.

Я чувствую его неестественную магию, нарушающую природный поток. От него исходит зловонный жар, от которого кружится голова и забиваются ноздри. Крылья Вельторна расправлены, как щиты, а когти горят чёрным светом. Его шипастый хвост описывает дугу, и я едва не получаю удар в бок.

Поливаю его огнём — чистым, золотым, безжалостным. Пламя рассекает воздух и касается его шеи. Брат резко отскакивает, но не воет от боли. Он не чувствует её.

Наш бой — танец смерти. Он замыкается в кольцо ударов и рычания, каждый из нас то теряет высоту, то взмывает вверх по спирали, оставляя после себя следы из рваных облаков и пепла. Внизу лес горит.

Вельторн наносит удар за ударом, разрывая мою плоть, но я держусь. Отражаю их, полосую его когтями и хребтом. В воздухе повисает запах крови. Делаю усилие и и с протяжным рыком взмываю вверх в обманном маневре. Вельторн бросается следом, но в последнюю секунду я разворачиваюсь и разеваю пасть.

Он не успевает уйти. Мои челюсти смыкаются на его горле с глухим лязгом, когти обеих пар лап впиваются в чешуйчатую броню, разрывая её до мяса. Алые брызги ослепляют глаза, язык ощущает солоноватый привкус крови.

Вельторн вырывается, извиваясь раненным зверем, и наносит прощальный удар — рог крыла рассекает мне бок, оставляя жгучую полосу.

Планирую, пока хватает сил, но каждый взмах крыльев отзывается пульсирующей болью. Одна перепонка порвана, в боку ноет — коготь брата глубоко задел меня. Падаю в траву, ломая кусты, разрывая корни, цепляясь за всё подряд, лишь бы не рухнуть слишком резко.

С глухим рычанием принимаю человеческий облик. Камзол в лохмотьях, рубашка висит на одном плече, волосы спутаны, лицо в крови и ссадинах. Но я жив. И, будь я проклят, доволен!

Вельторн, оставив после себя в небе чёрный след, рычит и уносится прочь. Он не получил дилижанс. Не получил то, за чем прилетел — мою жизнь. Остался ни с чем.

Вытираю кровь с подбородка тыльной стороной ладони и усмехаюсь. Горло саднит, лёгкие гудят от перегрузки.

Медленно подхожу к повозке, перевернувшейся у обочины. Кучер лежит неподалёку, едва дышит, но жив. — Очнись, старик, — говорю я, опускаясь на колени рядом и похлопывая его по щеке. — Мы с тобой ещё не отработали твой контракт. Дождись подмоги, слышишь?

Он морщится, хрипит, но глаза открывает. В порядке.

Поднимаюсь, отряхиваю руки и прищуриваюсь, глядя на дорогу.

Теперь осталось сыграть на опережение. Пока Вельторн приходит в себя, я поставлю его в тупик.

Кучер стонет и подползает к обочине, держась за голову. Я рывком распахиваю дверь перевёрнутого экипажа и морщусь от боли в боку — чувствую, как намокает рубашка. Кровь хлещет из раны.

Нахожу кинжал и прячу в ножны. Пригодится.

— Держись, — бросаю я кучеру.

Он слабо кивает. А я уже ковыляю к упряжке, отцепляю ближайшую лошадь, седлаю и пускаюсь в галоп.

Проклятье, если Вельторн видел караван с высоты... Он может напасть. Прямо сейчас. Но добивать его я не собираюсь — слишко рано. Не так я планировал нашу финальную встречу.

Лес мелькает слева и справа — чёрные силуэты деревьев, вспышки света между кронами. Пыль и сосновая хвоя бьют в лицо. Стискиваю челюсти, сливаясь с лошадью, как в бою. Магия гудит в венах, но я держу её под контролем. Обратиться — значит снова привлечь внимание брата и обречь остальных на гибель. Нет. Переживу как-нибудь без быстрой регенерации. Справлюсь.