Книга Служанка в доме на Краю, страница 96 – Наталья Варварова

— Кто-то из тех, кто внизу социальной лестницы. Возможно, еще бесправнее горничной. Он незаметен. Его просто не видят. А его ресурс, то есть украденный у меня, позволяет делать все, что вздумается, и иметь все, что пожелает.

Деус усмехнулся. И даже эта грустная улыбка невероятно ему шла, потому что в глубине глаз плескалась нежность.

— Я вижу несколько иначе. Палач не отойдет от тебя, да. Все его существование — это неусыпный контроль и страх потерять то, что имеет. Не забывай, что есть еще твоя мать. Твоя настоящая мать… Ее надо где-то удерживать. Как я понимаю, она по-прежнему могущественное существо… Думаю, что по меркам Края, Палач сидит если не на самом верху, то на удобной верхней ступеньке.

При упоминании матери во рту снова появился горький привкус. Какие-то знания были вложены в меня, как кирпичи в стену, а представить, как выглядела в человеческом виде собственная мать, не получалось. Я до сих пор уверена, что мы не встречалась. Разве что ее предостерегающие крик преследовал меня во сне.

А насчет Палача, то Деус уже упоминал, что подозревал кого-то из местных дворян.

Демон говорил, но смотрел он только на мои губы:

— Вряд ли это губернатор. Или же лорд-лейтенант. Они все время под присмотром из столицы. А вот мировой судья или какой-нибудь депутат из джентри, что представляет земли в Палате регионов… Это бы ему подошло. Он достаточно для этого нарцисс. Судя по тому, что ты мне показывала, это насекомое упивается властью.

— Хорошо, — выдохнула я, не в силах перестать следить за тем, как мягко двигался его рот. Если бы я могла дотронуться до его языка своим, то он бы догадался, что я так же напряжена и так же жажду его прикосновений.

Только они давали мне уверенность, что это все не сон. Что Деус настоящий.

— Мы же будем наблюдать, верно? И внизу, и наверху… Ты сможешь установить слежку? Только я все равно не вижу смысла нам с Лиззи куда-то ехать. Не то чтобы я стеснялась, просто это…

Он прервал меня. Взял за запястья, а потом резко притянул к себе. Его сердце колотилось мне в грудь.

— Да, обязательно. Наблюдать… Бездна, я теряю мысль. Такого никогда не бывало… И я больше не в состоянии оставить вас днем одних даже на несколько часов. Когда я не контролирую, каждый дюйм, как это происходит ночью. Со мной вам безопаснее.

Он прислонил лоб к моему. Дышал с некоторым усилием. Из-за того, что я прильнула к нему еще и бедрами, ему не очень-то легко.

— И пускай Палач видит, что вы со мной. Обе. Пусть паникует. Он уже боится, что не дотянется до тебя или до Лиззи. Это сводит его с ума. Ублюдок начнет торопиться, частить…

Я облизала губы, сознавая, что это грубая провокация.

Деус сдавленно охнул и впился в меня поцелуем. Его пальцы бесцеремонно сминали прическу, над которой почти полчаса колдовала Беатрис. Язык, о котором я думала не переставая все последние минуты, хозяйничал у меня во рту, призывая немедленно сдаться.

И я соглашалась. Покорно закрывала глаза, пропускала его глубже, а потом, словно случайно, касалась уже своим языком, отталкивала и дразнила, чувствуя, как хватка демона усиливается.

— Бездна, какая ты маленькая, хрупкая и такая сладкая… Чистый яд.

Я не спорила, хотя подозревала, что на самом деле он ослеп. И я другая. Уродливая — такая, что сама бы себя испугалась. Что же касается яда… С моим телом что-то происходило. Во мне поднималась дикая потребность сделать его своим… Первый раз, когда он был ранен… Зачем я его отпустила тогда? Это ж какой дурой надо быть.