Книга Еще одна глупая история любви, страница 166 – Кэтлин Дойл

— Нина приедет? – спрашивает друг.

— Нет, – отвечает Коул. – Она ненавидит такие мероприятия. И она не хочет меня видеть.

И он прав. Когда они приезжают, ее там нет.

Несмотря на то что Коул знал это, он все равно подавлен горем. Но как раз когда он собирается уйти, кто-то на сцене проверяет, как работает микрофон.

Это Нина. Она стоит на сцене и смотрит прямо на него. И начинает говорить.

— Пять лет назад я сделала одну большую глупость. Я сказала Коулу, что настоящая любовь – это сказка. Родственные души, «половинки» – дерьмо собачье, придуманное телеканалом «Hallmark». И мы заключили пари. Если выиграю я, то я должна признать, что те, кто «счастливо живут до старости и умирают в один день», реально существуют. Если выигрывает он, то он должен признать, что настоящая любовь – это выдумка, пит-стоп на пути к разбитому сердцу.

Я сейчас стою здесь, чтобы сказать: наверное, ни один из нас не был прав. Отношения приносят и радость, и боль. Иногда сходит на нет большая любовь. Иногда восстанавливаются бурные отношения. Иногда жизнь подкидывает неожиданные повороты. Мы можем рассчитывать только на то, чтобы ценить то, что есть, и очень стараться хорошо относиться друг к другу.

Мы можем только быть достаточно смелыми, чтобы верить в любовь и бороться за нее.

Коул, я знаю, что все испортила. Я знаю, что струсила и принесла тебе боль. Но это я, и я борюсь за тебя. И если ты дашь мне еще один шанс, то я буду сражаться за нашу счастливую жизнь до самого конца нашей жизни.

Ему не приходится даже задуматься. Он бежит к ней, огибая пялящихся одноклассников, и прыгает на сцену.

Они целуются так, словно от этого зависит жизнь.

– Мне очень жаль, что ты не выиграл пари, – шепчет она.

– Мне плевать на пари, – отвечает он. – Меня волнуешь только ты.

Он кружит ее, а все их одноклассники поздравляют их и поднимают за них тосты.

Теперь я плачу по-настоящему. Сидящий рядом со мной мужчина какое-то время не обращает на меня внимания, но затем все-таки смотрит на меня.

— С вами все в порядке? Может, виски выпьете или еще чего-нибудь?

Я качаю головой.

— Простите, – хлюпаю носом я. – У меня все отлично. Просто я на самом деле счастлив.

И я на самом деле счастлив.

Потому что Молли хватило смелости все это написать.

Наш счастливый конец.

Но плачу я также и потому, что этот сценарий снова разбивает мне сердце. Он доказывает, что эта женщина точно знает (во всех деталях в том, что касается эмоций), почему именно рухнули наши отношения. Она одновременно видит то, как мы любили друг друга, и то, как мы обманули ожидания друг друга. Она понимает, что ни один из нас не был прав в вопросе любви – у нее пессимистический взгляд на любовь вплоть до нигилизма, а у меня оптимистический вплоть до пародии. И вместо того, чтобы обговорить это со мной и попробовать сделать так, чтобы наши отношения работали, она написала об этом идеальный фильм.

Сценарий доказывает, что она искала меня, любила меня, оплакивала потерю меня. И да, это идеализированная версия нас с ней, со сказочным концом, в котором все чистенько и аккуратненько, как не бывает в реальной жизни. И да, как она всегда говорит, история заканчивается на хорошем, на пике их счастья.

Но я бы с удовольствием посмотрел продолжение, когда начинаются проблемы и герои пытаются с ними разобраться. Я хочу почитать, как они ругаются из-за того, что она никогда не убирает посуду в шкаф, а он считает, что в доме нужно постоянно пылесосить, у него это навязчивая идея. Они пукают друг перед другом и открыто обсуждают вопрос испражнений. Они не высыпаются, их просто качает, потому что у их ребенка колики, и скорбят из-за смерти кого-то из родителей. Я хочу увидеть, как они вместе живут, получая удовольствие, переживая скуку, грусть, как им комфортно и радостно, когда они вместе.