Книга Научи меня плохому, страница 122 – Анель Ромазова

— По части напряжения и разрядов это ко мне, — усмехаюсь тихо, но равновесие в пролёте. Вожу всего-то подушечкой указательного от одной сладкой дырочки к другой.

Хочу, да..... и там и там входить. Возбуждение, как та хронь, вошло в ремиссию, но чувствую, отпустило ненадолго.

Отпускаю Ромашку тоже временно, до следующего обострения.

В спальне прохладновато поэтому, не надевая трусов, кутаю маленькую в покрывало и только после забочусь о своём внешнем виде. Относительно пристойном, хотя с приставкой — не — для моего испорченного слуха привлекательней.

Нехотя прикрываю член трусами. Мне в них тесно будет ходить, но как мог, я уже Ромашку шокировал.

— Макар, ты мне признался, я тебе потом призна́юсь, когда разберусь в том, что чувствую, — она говорит, не повышая голоса и в целом не импульсивно, высказывает свои мысли.

Для меня не новость.

— Разбирайся. Потерплю, — спокойно киваю.

Я спец в скорости подачи, а Васю постепенно озарит. Ну, и как человек себя не проявил, поэтому влюбляться в меня рано. Достаю из прикроватной тумбы тюбик с охлаждающей интимной мазью. Знал, что пригодится и купил. На резинки смотрю, и их можно выбросить, потому что с Васей допустим лишь незащищённыйный контакт. Попробовал, теперь меня за уши не оттянешь от удовольствия чувствовать её кожей к коже.

— Что это? — Ромашка подозрительно косится на мазь, готовясь к внеочередному подвоху.

Его нет. Безграничная забота в угоду исполнения всех своих прихотей.

— Это, — заключаю в приподнятую бровь пошлую провокацию, — Это снимет все неприятные ощущения. Приятные доставлю я, если разрешишь нанести.

— А ты спрашиваешь разрешаю я или нет. Нет, конечно. Я сама, — вспыхивает всем спектром огненно-красного на щеках, заворачиваясь в покрывало, словно я его кинусь срывать, — Макар, ты так смотришь, как будто глазами меня…, — запинается.

— Трахаю, — подтверждаю её опасения без проблем, высказать вслух откровенное, сокровенное и всякое такое неприличное, что Ромашку смущает.

Долгоиграющий ремонт, раздолбавший мою хату, как противотанковая мина, помешал привезти Василису к себе. Но там находиться невозможно среди полиэтилена и обломков стен, которые я сношу, избавляясь от ненужных перегородок. Балкон хочу присоединить к залу и спальню сделать пошире.

Почему?

Потому что круглая кровать туда не помещается. Хрен знает чего мне в башку вбилось, но должна быть именно такая с балдахином и бумажными птичками на потолке. Обои потом с Ромашкой выберем. Я в них не разбираюсь, а ей для себя стараться и создавать атмосферу в комнате, где мы преимущественно будем встречаться.

Стою перед калиткой, накинув куртку на голое тело и жду курьера с продуктами. Пришлось заказывать на своё усмотрение и вкус. Он у меня непритязательный и не специфический, но для Васи набрал вкусностей и обязательным аспектом морепродукты и сладкое. Она уже сорок минут плескается, явно отсрочивая свой выход.

Ломиться не буду.

Секса дождался и её дождусь.

Забираю кульки с едой, обратно иду, выкуривая носом свежий воздух и морозец. От речки натягивает сыростью, поэтому к электроотоплению надо бы врубить камин. Жалко, что перед ним нет медвежьей шкуры.

Воображение гуляет и бездельничает, подсказывая на этот уик-энд лишить Ромашку девственности в абсолюте.