Книга Научи меня плохому, страница 71 – Анель Ромазова

Я отрываюсь от земли. Его влажная, колючая щетина царапает настывшую щеку. Прогретый салон машины на контрасте кажется уютной комнатой с камином.

Усадив меня на заднее, сам Резник остаётся снаружи. Смахивает с невероятных, классных плеч куртку и кидает спереди.

Утыкаюсь взглядом в потеющее стекло. Дождик змейками падает книзу и Макар перед тем, как сесть ко мне, мелькает букетом крупноголовых ромашек.

— Это тебе, — заполняя собой крохотное пространство, кладёт мне на колени букет.

Безумно красивый. Букет и Макар с тенями, наделяя его лицо едва ли не тёмной романтикой. Мне очень нравится. Девочка внутри пищит от восторга и хлопает в ладоши. Я огорошено никак не приструню натуральный звездопад в солнечном сплетении.

Прочищаю горло. Порхаю ресницами, возюкая между пальцев хрупкие стебельки.

— Спасибо и не надо было, — прячусь в лепестках и отгораживаюсь, опасаясь выдать, с каким размахом меня торкнуло. Сумятица, будто терпкое вино ударяет в голову и кружит её умопомрачительной неловкостью и восхищением. Я такая дурында становлюсь. Язык должно быть заплетается, — Что ум-м-м… с Лексом и… Жулик как? — топлю нос в цветах, потому что Макар смущает неимоверно, разглядывая меня как лакомый кусочек десерта.

— Про первого можешь забыть. Второй уже забрал свою мазню, — пальцы ложатся на коленку и рисуют кружки. Будоражат легонечко, а вот сдвиг подола явный.

— Так быстро? — одёргиваю платье пониже свободной рукой.

— Да. Забрал быстрее, чем писал, — отняв у меня букет, перекладывает его на водительское кресло. До следующих от меня возмущений, Макар затягивает себя на колени. Кусает подбородок. Резво так и безошибочно его ладони оказываются под моей попой, — Об этом всем мне говорить неинтересно.

— Макар, — где начинаю, там и торможу. Вякнув строгой интонацией его имя, задыхаюсь от наглости.

Он в гармошку собирает платье. Пока я кручусь, в попытках ему помешать, свободного кроя тряпка уже снята. Прикрываю грудь, получая в поясницу огненные вспышки.

— Красивая принцесса. Как тебя такую не раздеть? М?

Недоумеваю зачем он меня об этом спрашивает, если раздел… почти. Спортивным лифчиком без поролона мало что скроешь. На мизерные трусики вовсе не надеюсь. Грубая ширинка впивается в промежность, как будто на мне совсем ничего нет. Интимные складочки трутся о шершавый рельеф и воспаляются, становясь дико раздражительными, на любое движение его бёдер. А он же спецом меня на себе покачивает поступательно и, казалось бы, ненавязчиво. Результат аховый, оховый и возмутительно возбуждающий.

Мама моя… дорогая… не в курсе, к какому бесцеремонному типу в лапы я попала.

Он плотоядный. Он хищник.

Поедает глазами моё тело от и до.

— Мы здесь не будем… ничем таким заниматься, — в подтверждение своих слов. Твёрдо вытягиваю обе руки и отталкиваю. Какое-никакое, но препятствие от его поползновений.

Да. Умно. Вот только грудь теперь напротив его глаз.

И он уставился туда.

Сглатывает, гоняя острый кадык вдоль горла. Таращится так, словно руки помыл и присел за стол. Ждёт еду и, очевидно, трапеза его ожидает вкусная. Судя по языку, медленно скользящему между губ.

— А где будем… заниматься? Не отвечай, а слушай. Я пока только трогаю. Ты кончаешь. Желательно раз, но постарайся два. Я хочу три. Потом кончаю я. Соски или лобок, значения не имеет. Это как масть пойдёт, Ромашка. Дальше я провожаю тебя до квартиры. Ты целуешь меня вся такая затраханная и довольная. Потом ложишься в кроватку и засыпаешь, не напрягаясь о всякой хуйне. Договорились?