Книга Внимание, разряд, страница 8 – Александра Седова

Затем снова в рот.

Трахает мои губы пальцами, рот горит от возбуждения и желания.

Мычу с его пальцами во рту от оргазма, обильно кончаю, отпуская все проблемы и нервяки за прожитый день.

— Давай, заканчивай, — прошу, когда он вынимает пальцы из моего рта.

— Сериал начинается? — усмехается, не думая останавливаться.

— Да, — признаюсь.

— Потом в интернете посмотришь. — Кусает моё плечо, целует место укуса и, надавив на плечи, опускает лицом в покрывало.

Долбит сзади, сжимая ягодицы, оставляя красные отметины от пальцев на коже.

— Заканчивай, — поторапливаю, сминая в руках одеяло.

— Я не хочу кончать, — улыбается, растягивая удовольствие.

Выходит, переворачивает меня на спину, пристраивает красивое лицо между моих ног, слизывает все выделения с женским эякулятом, ласкает — немного грубо, проходясь языком от клитора до ануса. Целует кожу вокруг, бёдра, живот. Переползает наверх, втыкает руки у моей головы, вбивает член, как кол в землю. И только спустя полчаса кончает, содрогнувшись всем телом, прижимая меня к кровати, зажмурившись, сопит, раздувая крылья прямого носа, после чего перекатывается на спину.

Не планирую затягивать со знакомством. Я получила, что хотела. Теперь хочу спокойно посмотреть свой сериал и поспать. В одиночестве.

— Служивый, говорят, вы можете одеться, пока горит спичка? — спрашиваю, заворачиваясь в одеяло, вытаскивая из-под парня другую сторону.

— Намёк принял, — поднимается на ноги.

Быстро одевается, натягивает обратно свой колючий свитер.

— Когда у тебя выходной? — улыбкой пытается продавить мою отстранённость, застегивая ремень.

— Через год, — лениво, с безразличием. Взглядом поторапливаю, чтобы скорее проваливал.

— Я ведь всё равно узнаю, — улыбается ещё шире.

Приставучий какой.

— Ну как узнаешь — напишешь. — Иду к двери, одеяло волочится по полу.

Миша идёт следом, накидывает на плечи пуховик, застёгивает молнию.

— Как сериал называется?

— Не твое собачье дело, — отвечаю, щёлкая замком и открывая дверь.

— Ещё увидимся, — выходя в коридор, чмокает меня в щёку. Обдав напоследок запахом секса.

Закрываю дверь, защёлкиваю замок, возвращаюсь в комнату.

Включаю телек, открываю нетронутую бутылку вина.

Если не считать груза на душе, с которым приходится жить ежедневно, то вечер получился вполне приятный.

Рита

В столовой на подстанции сегодня утром — необычайно шумно. Врачи, фельдшеры и даже несколько сотрудниц из диспетчерской эмоционально обсуждают череду вызовов к раненым мужчинам.

Кого-то обнаружили в лесополосе с огнестрельным ранением. Кого-то — как мы вчера — с ножевыми. За прошедшие сутки количество жертв возросло до тридцати человек, из которых выжил лишь один. Тот самый, за кого Санька переживал, словно за родного.

— Страшно теперь на улицу выйти! — сетуют девушки.

— Как в 90-х, беспредел какой-то! — выкрикивают мужчины.

— У меня зять в полиции работает! — повысив голос, чтобы привлечь внимание коллектива, громко заявляет Лариса Аркадьевна (врач-педиатр). — Так он и говорит, что власть в городе меняется! Идёт зачистка: одна группировка пытается подмять под себя другую. Так что это всё — бандиты. Нам бояться нечего, они простых людей не трогают.

— А бандиты, по-вашему, не люди? — подаёт голос Санек. Он стоит у стола с микроволновкой, опёршись о него поясницей и сложив руки на груди. Я рада его видеть. Всегда приятно, когда люди остаются в нашем, мягко говоря, ненормальном отряде по спасению жизней.