Книга На цепи, страница 57 – Анна Жнец

Я его не слушала. Мой взгляд был устремлен к смуглой руке, держащей Наилона за волосы. Бедняга морщился и хрипел, кровь из носа заливала его губы и подбородок, попадала в рот, и эльф сплевывал кровавую слюну. Его красивые зеленые глаза затянула сетка лопнувших сосудов.

— Бросим в темницу ждать казни? — спросил брюнет. — Или исполним приговор немедленно?

Нет!

Нет!!!

Обливаясь слезами и надрываясь от безмолвного крика, я снова подвигала мизинцем, затем безымянным и средним пальцами, следом с большим усилием — всей онемевшей кистью.

Нет, нет, умоляю, нет!!!

Наклонившись, брюнет с отвращением плюнул Наилону в разбитое лицо.

— Эльфийская падаль. Знаешь, что с такими, как ты, делали раньше? Преступников отвозили в пустыню, там отсекали ржавым ножом их никчемные гнилые отростки, а самих зарывали по горло в песок и оставляли умирать под палящим солнцем. А отрезанный стручок клали рядом. Перед глазами. Чтобы смотрели, чтобы каждую секунду помнили, чего лишились перед смертью.

Меня затошнило.

Наилон дернулся. Чужая слюна медленно стекала по крылу его носа.

— А, может, это нам с тобой и сделать, а? — на смуглом лице блеснула кровожадная улыбка. — Хаждив, подержи его. Тем своим особым заклинанием.

— Не надо, Баир, — взволнованно отозвался мой лекарь. — Пусть другие его судят.

— Я сказал, держи! Это приказ! Это раб, напавший на хозяев. Мы в своем праве.

О духи…

Что они хотят с ним сотворить?

Наилон исступленно сопротивлялся. Дергал головой. Казалось, в руке стражника сейчас останется его скальп.

В отчаянии я пыталась вернуть себе подвижность, пыталась закричать и прекратить этот кошмар. И рыдала от своей беспомощности, от того, что собственное тело стало ловушкой. Мерзавка Чайни! Эргхаво отравленное пойло! Проклятый антимагический браслет!

— Это неправильно, — шепнул мужчина рядом, Хаждив, но все-таки подчинился.

По телу Наилона пробежала волна дрожи, и он застыл, не в силах пошевелиться. Только глаза бешено вращались от ужаса, широкие, вылезшие из орбит.

Что это за колдовство? Никогда такого не видела.

— Пожалуйста, — прохрипела я, но так тихо, что никто не услышал.

Теперь я могла пошевелить ступней. Кожу покалывало: к ногам и рукам возвращалась сила. Но слишком медленно. Слишком медленно!

Блеснула сталь.

Смуглолицый стражник спереди разрезал на эльфе штаны, и я в шоке и панике поняла, что он собирается сделать.

Грубо, за волосы брюнет заставил Наилона привстать на коленях. Из-за магических чар тот был покорным, как тряпичная кукла. Затем подонок еще сильнее разорвал на нем шаровары, пока наружу из ошметков ткани не вывалился мягкий, съежившийся от страха член.

У Наилона посерело лицо. Глаза распахнулись еще шире. Он не мог пошевелиться, не мог закричать, но кричал. Взглядом. Без единого звука, истошно и оглушительно.

— А потом отвезем тебя в пустыню, — пообещал жестокий безумец и удобнее перехватил нож.

Я замычала.

У Наилона по щеке скатилась слеза.

И тут гостиную наполнил черный дым и призрачными лентами опутал фигуры воинов.

Что это?

Все произошло за секунду, я опомниться не успела. Миг — и все четверо стражников рухнули замертво, распластавшись на полу в лужах собственной крови.

Их тела были… О духи, их тела были сплошь покрыты глубокими рваными ранами.