Книга Если ты вернёшься, страница 86 – Вирсавия Вайс

Он упирается лбом в мой лоб. Глаза так близко, что я могу пересчитать все золотистые вкрапления вокруг зрачков, которые начинают расширяться.

— Одевайся. – Хрипит он. – Немедленно, иначе я за себя не ручаюсь.

Я сглатываю и пытаюсь сделать шаг назад, вырваться из его объятий, но он ещё сильнее сжимает руки. Черты лица заостряются, губы вытягиваются в тонкую ниточку, под кожей начинают ходить желваки.

— Вить, отпусти. – Голос уходит на октаву вниз. – Слышишь?

— Не могу, Ляль, – хрипло шепчет он. – Прости, но не могу.

Его губы накрывают мои, язык врывается в мой рот жестко, завоёвывая. Это не ласка, это почти насилие. Руки грубо, властно скользят вниз, обхватывая мои ягодицы, поднимая меня вверх, стискивая со всей силы.

— Обхвати меня ногами. – Зло шепчет он, касаясь губами уха. – Немедленно. Ты меня слышишь?

Он стонет, руками подхватывает меня за бедра, заставляя обхватить его торс ногами. Пальцами отодвигает в сторону трусики и проводит ими по складочкам, раздвигая их, скользя внутрь и обратно, увлажняя их внутренним секретом, которого уже и так слишком много. Грубо касается клитора, заставляя меня вскрикнуть от боли, обводит его подушечками, массируя, сжимая, отчего моё тело выгибается, и с губ срывается низкий громкий стон. Он делает несколько шагов вперед, прижимает меня спиной к двери, упираясь в неё одной рукой.

Дыхание становится прерывастым, тяжёлым, ноздри трепещут, над верхней, закушенной, губой выступили бисеринки пота, влажные волосы прилипли к вискам, грудь вздымается жесткими рывками.

— Достань его. – Хрипло шепчет он. – Давай, малыха!

Его желание полностью парализует мой здравый смысл, отключая его. Мои руки скользят вниз, между нашими телами. Непослушными дрожащими пальцами я расстёгиваю пуговицу на его джинсах и дёргаю вниз молнию. Этот звук заставляет всё тело завибрировать. Ладонь ныряет вниз, проникая под боксеры, и касается горячей пульсирующей головки.

Он стонет, упирается лбом в мою голову. Я чувству его напряжение. оно передаётся мне, заставляя тело отвечать на каждый его взгляд, вздох, движение. Возбуждение волнами проходит через его тело, заставляя мышцы бугриться, дыхание вырываться рваными толчками из груди. Все вены на руках, шее вздулись. Пот крупными каплями катился по коже, вызывая непреодолимое желаение слизнуть его и ощутить солоноватый вкус на кончике языка.

— Твою мааать! – Хрипло шепчет он. – Обхвати меня за шею, немедленно.

Дыхание обжигает. Я вскидываю руки, обхватывая его за шею.

— Держись.

Он убирает руку с моих бёдер, и я висну на нем, обхватывая его ногами и прижимаясь к нему всем телом. Виктор одним движением стягивает джинсы вместе с боксерами, медленно выдыхает и поднимает голову.

— Посмотри на меня, родная, – срывающимся голосом шепчет он. – Посмотри и скажи мне. Скажи, что ты хочешь меня.

Я поднимаю глаза и замираю, растворяюсь в нём.

— Маленькая моя, – он через силу улыбнулся уголком рта. – Я не могу больше ждать.

Движение, и пульсирующая головка начинает тереться о влажный набухший клитор, разгоняя по телу белые молнии удовольствия, заставляя меня тихо постанывать и двигать бёдрами, умоляя его о продолжении.

— Ольга, твою мать! – Его зубы больно прикусили мочку уха, и я вскрикнула.

Руки нырнули под рубашку. Я ногтями скользнула по его плечам, срывая кожу, чувствуя, как он вздрогнул от этой боли. Медленно наклонив голову, горячим языком лизнула ушную раковину и хрипло шепнула.