Книга Если ты вернёшься, страница 89 – Вирсавия Вайс

— Не волнуйся, малыха, я её никому не дам в обиду. Она и ты, самое дорогое, что у меня есть на этой земле.

Когда мы уже входили в здание аэропорта, телефон Вика зазвенел. Вытащив его, он полыхнул по мне глазами, стискивая мою руку и прижимая меня к своему телу.

— Ты вчера мужу звонила? - тихо спросил он, касаясь губами моих волос.

— Да, Вить, мы разговаривали с ним.

— Хорошо, я должен был это знать. - Он обхватывает рукой мою голову, прижимая её к своей груди, и принимает звонок. - Да, Тагир? Сука!

Вик резко вскинул голову и осмотрелся, оглядываясь по сторонам. Его напряжение я почувствовала сразу. Его рука на моих плечах сразу стала тяжёлой, он сильнее притянул меня к себе, вжимая в тело, словно от чего-то защищал, закрывая собой. Я увидела, как под кожей забугрились мышцы, очертились сосуды. Под моим ухом, прижатым к груди, сильными толчками забилось сердце.

— Когда? Я всё понял. - Голос ледяной, чужой, режущий. - Постараюсь к вечеру организовать, это самое раннее. Никто не знает, что она и дочь со мной, потому что никто не знает, что я с ними вообще связан. Да, Даша под охраной. Какая, сука, «Альфа»? Каждый из моих ребят, как три «Альфы» с «Вымпелом» вместе взятые. Да ты что? Прям так и пропадают? - хмыкнул он. - И дальше пропадать будут! Каждого, кого увижу, угомоню. Всё, мы тогда сейчас домой… Буду договариваться о коридоре.

Он отключился и замер.

— Вить, что происходит? - тихо спросила я.

— Всё нор-маль-но! - по слогам процедил он, шумно выдыхая, кладя подбородок на мою макушку. - Оль, голову не забивай хуйней всякой, договорились? Мы сейчас едем на Пятницкую. До вечера будем там, вечером улетишь, понятно?

— Почему? - Я подняла голову и попыталась поймать его взгляд.

— Потому что я так сказал. Этого достаточно? - Он взял меня за руку и вывел из здания аэропорта.

Уже через час Витька открывал дверь квартиры.

— Давай, малая. - Хлопнув меня по попе, он закрыл дверь. - Вот теперь и душ, и выспаться. До вечера время есть. Я на кухню, кофе сделаю и сварганю перекусить по-быстрому, а то, смотрю, ты опять ни хера не ешь. Одни глаза остались. И да, - ухмыльнувшись, Вик кивнул головой на толстовку, - ёбарь-террорист, можешь, наконец, переодеться.

Он улыбался своей кривой, сводящей с ума улыбкой, скидывая тяжёлые ботинки, и облизнувшись, оглядел меня потемневшими глазами.

* * *

Когда я вышла из душа, по квартире плыли запахи свежесваренного кофе и чего-то невероятно вкусного, отчего желудок заурчал, скрутившись в узел. Стянув с головы полотенце, растирая махрой густые мокрые прияди, я двинулась в спальню.

— О-оль? - Его голос проник под кожу и понёсся по артериям, заставляя сердце заколотиться, как ненормальное, разгоняя под кожей безумных мурашей. - Переодевайся, завтракать и спать.

Я повернулась, стискивая рукой ворот пушистого банного халатика.

Я реагировала на него мгновенно. как солома на огонь, воспламеняясь от одной искры, от взгляда, жеста, голоса, запаха, от одной только мысли о нем. Вот и сейчас я стояла, не смея пошевелиться, не смея даже отвести взгляд от него. Он стоял в дверях, облокотившись о косяк, скрестив руки на груди, оглядывая меня ленивым, раздевающим взглядом, который я чувствовала каждой клеточкой своего тела.

— Вить, я больше не могу.