Книга Если ты позволишь, страница 121 – Вирсавия Вайс

— На хер!- цедит Тагир и выходит из кабинета, хлопнув со всей силы дверью.

Но сделав пару шагов, он останавливается и, взъерошив волосы, поворачивает голову.

— Твою мать!- сквозь зубы бурчит он, возвращаясь в кабинет.- Давай, Оль,- шипит он под нос, хватая телефон,- давай, контрольный в голову!

Нажав на сообщения, он видит только одно слово:

«Тебя»

* * *

Дорога домой казалась бесконечной. Он собрал все пробки, даже в тех местах, где их не могло быть по определению. Субботняя ночь, что он хотел? Клаксон не затыкается ни на секунду.

— Да вашу душу, сука, мать! - орет он, включая фары в режим мигания.

Уже на выезде из Москвы его ещё и остановили, промариновав полчаса тупыми вопросами из разряда: «Куда мы так торопимся?», и «Для кого висят знаки ограничения скорости?».

В ворота резиденции он влетел уже после полуночи. Дом был погружен в темноту, свет горел только в одном окне, окне его спальни. Бросив ключи Аслану, Тагир, почти бегом, поднялся по ступенькам и вошел в просторный холл. Тишина и темнота.

Он поднимался по ступеням на второй этаж, готовый ко всему, кроме одного. Когда он вошел в спальню, она стояла у окна, в тонком полупрозрачном пеньюаре, обхватив себя руками, и смотрела в окно, не оборачиваясь, не глядя на него. Когда он закрыл дверь, Ольга замерла и вскинула голову.

— Я больше не хочу спать одна.- тихо сказала она.- Или я буду спать здесь, с тобой, или я завтра уеду к матери. Выбирай. Ты должен решить, Тагир.- её голос звенел,- Или ты отдаёшь меня ему, или забираешь себе. Я больше так не могу.

— Оль, ты понимаешь, что снимаешь все запреты? Даёшь мне право любить тебя так, как я только захочу?

Она хмыкает и поворачивает голову.

— Тагир, я не маленькая девочка. И если ты думаешь, что я чего-то не знаю, о том, что происходит между мужчиной и женщиной, то ты глубоко заблуждаешься. Возможно, я не так продвинута в некоторых вопросах, как твои подружки по вызову, но…

— Господи, Ольга, что ты несёшь.

Он в два шага оказывается рядом с нею, разворачивает её к себе и поднимает голову, вглядывается в её глаза, пытаясь найти, увидеть в них фальшь, ложь, страх. Но там нет ничего, просто спокойствие.

— Ты уверена, Оля? - тихо спрашивает он.

— Как никогда. - спокойно говорит она, поднимая руку и проводя пальцами по его лицу, сметая последние барьеры между ними.

Он пытался сдерживаться из последних сил, боясь напугать или оттолкнуть её. Его руки и губы ласкали её долго и нежно, расслабляя, доводя её до вершины. Она стонала, хватала воздух ртом, выгибаясь навстречу его губам, вцепившись руками в его волосы. С её губ слетало его имя, когда она дошла до своей вершины.

Тяжело дыша, Ольга подняла голову и посмотрела на него, откинув с лица волосы.

— А ты? - тихо спросила она, бросая взгляд вниз, где всё уже сводило от желания.

— Оль, я…

Она не дала ему договорить. Притянула к себе за плечи и впилась в губы поцелуем, толкая его на спину. Её губы стали опускаться ниже и ниже. Он застонал, почувствовав робкое прикосновение её губ и языка к нежной коже. Горячая ладонь обхватила его и задвигалась навстречу губам. Он запрокинул голову и застонал, пальцы запутались в её волосах, он намотал их на кулак и потянул на себя, до упора, чувствуя, как её губы касаются его паха. Она нежно и тихо стонет, лаская его, и он просто дуреет от этого, чувствуя, что ещё чуть-чуть и он взорвётся. В последнюю секунду он рванул её голову вверх, впиваясь в её губы, чувствуя горячую пульсацию освобождения.