Книга Древняя душа (трилогия + бонус), страница 219 – Елена Амеличева

— Я ее к Офель отведу, женой моей будет! – Асатар переполнил чашу гнева.

Размечтались, братцы! Рыча, я вышел из-за дерева, подхватил за грудки одного, воткнул колено в живот и отшвырнул в кусты, второму врезал в лицо, уронил на дорожку и размаху вдарил ногой в челюсть. Как же это приятно! Мерзавцы, Риэру они тут вздумали делить! Мечтать вам о ней, не более того! Если надо, увезу и ото всех спрячу, ни одному из вас не достанется, только моя будет!!!

Я снова подхватил их – одного правой рукой, другого левой, столкнул лбами со всей силой, на которую только был способен, и зарычал от удовольствия.

— Алатар, что ты делаешь! – крик жены дошел до затуманенного удовольствием разума только со второй попытки. – Прекрати, ты же их убьешь! – она повисла на моих руках. С трудом сконцентрировал взгляд на ней. В сиреневых, как небеса, глазах бился ужас.- Дракона ничто не может убить. – Отведя взгляд, прошептал я. – Ты же знаешь. Кроме…

— Молчи! – вскрикнула она и зажала мой рот рукой. – С ума сошел?! Об этом нельзя говорить, знаешь ведь!

— Ты права. – На меня обрушилась усталость, придавив к земле. Столько «нельзя» и одни сплошные «должен». А что делать с тем, что я на самом деле, только для себя, впервые в жизни хочу?

Горан

Утро выдалось адским, хотя после нашего с Саяной «путешествия» в преисподнюю я избегаю подобных метафор. Сначала мне напомнили об обязанностях главы клана – еще даже не рассвело, а главы самых древних семей уже передрались не на жизнь, а на смерть, как всегда, из-за какой-то ерунды, пришлось разбираться. Потом, когда по уши увяз в накопившейся документации, нагрянула санклитская делегация с требованием – не больше, не меньше, аудиенции с госпожой Саяной. Ага, как сказала бы она сама, щаз! Никому не позволю разбудить любимую из-за каких-то несущественных проблем, ей и так хватает.

Едва выпроводил всех прочь, как почувствовал – супруга проснулась. Едва удержался, чтобы не взлететь по лестнице и не ворваться в ее спальню. Саяна, вероятно, кормит наших малышей. Представил, как жадно чмокают маленькие ротики и разулыбался, завидуя им – когда сам недавно ласкал ее грудь, желание сжигало изнутри с такой силой, что было больно. Но потом вспомнил, как она всмотрелась в мое лицо и тихо задала тот самый вопрос.

«Горан, а если я никогда не вспомню? Что будет тогда?»

Что мне нужно было ответить любимой женщине с заплаканными глазами? Что я мог сказать – кроме того, что всегда буду любить ее несмотря ни на что? Все сделаю, что она снова влюбилась в меня! Сердце разрывалось. На мои чувства наличие или отсутствие ее воспоминаний не повлияет. Но саму Саяну это мучает гораздо сильнее, чем она показывает. Иногда она выглядит такой потерянной, такой несчастной, что я готов сделать все, что угодно, лишь бы любимая улыбнулась. А подонка Алекса голыми руками бы разорвал, но от этого Саяне легче не станет, даже наоборот. Да еще это ощущение, что тучи снова сгущаются – я это физически чувствую, кожей, печенкой! Что-то грядет, серьезное, опасное, темное.

С этими невеселыми мыслями я закончил варить кашу с изюмом – все, как любит Саяна. Подхватил поднос, постучал в дверь и, стоило мне войти в комнату, как раздалось:

— Горан, отвези меня туда, где все началось!