Книга Древняя душа (трилогия + бонус), страница 220 – Елена Амеличева

* * *

Саяна

Я проснулась с этой мыслью. Недавно, когда спросила Горана, что будет, если мне не удастся вспомнить, он ответил – «Все равно буду любить тебя столь же сильно! И все сделаю, что снова тебя завоевать, родная!» Эти слова несколько дней не выходили из моей головы. Не хочу, чтобы он снова влюблял меня в себя. Мне нужно то, что у нас уже было. Я должна это вернуть. Иначе будет поздно – потому что на нас надвигается что-то темное и опасное.

Сегодня утром словно что-то подкинуло меня на кровати. Хочу пройти этот путь снова. С самого начала. Поэтому когда дверь распахнулась, и муж вошел в спальню с подносом в руках, я сразу же выпалила:

— Горан, отвези меня туда, где все началось!

Супруг не протестовал, не спрашивал, зачем, не пытался разубеждать, лишь предложил дождаться вечера – ведь когда мы встретились на скале, было темно. Пришлось согласиться.

Время пролетело незаметно – первую половину дня я провела в компании Аспида, изучая подборку, что он сделал из свитков Киллиана: о каарах-кахарах, Богине, порталах, Оси бытия и прочем. От того, что демон-дракончик мне взахлеб рассказывал о моей же жизни, волосы вставали дыбом даже на тех местах, где их давно не имелось.

Так хотелось самой помнить эти приключения! Ведь я Люцифера видела, в аду, говорят, порядок навела, с падшим Архангелом Михаилом сражалась, порталы умела открывать! А теперь… Это словно вдруг потерять одновременно зрение, слух и осязание. Знать, что раньше мог слышать и видеть, а теперь сидишь в ловушке неповоротливого тела в полнейшей темноте и тишине.

После обеда ко мне нагрянули гости – пожилые мужчина и женщина. Он был похож на Шона Коннери, незабвенного горца Маклауда – статный, высокий, проницательные глаза теплого карего оттенка прячутся в складках верхнего века, небольшая седая бородка лишь усиливает сходство. Что-то внутри меня подсказало, что он санклит и весьма древний – возможно, разменял уже вторую тысячу лет. Цифра пришла в голову сама, не знаю, как и откуда появилось это знание.

Женщину, что стояла рядом с ним, язык не повернулся назвать старушкой – это слово категорически отказывалось прилипать к стройной, подтянутой, энергичной на вид леди за семьдесят. На голове гостьи красовался объемный начес из фиолетовых волос. Мальвина на пенсии, да и только! Чувствовалось, что она не жертва хны или басмы, как частенько бывает у бабушек, цвет выбран намеренно, он ей нравится, собственная экстравагантность женщину вовсе не смущает, и, кстати, этот фиалковый оттенок ей очень даже к лицу. Обтягивающий синий брючный костюм, яркий макияж и ужасный запах «Красной Москвы» дополняли образ как нельзя лучше.

— Горан? – я вопросительно посмотрела на супруга.

— Это твоя бабушка Лизавета, - представил он гостей, - и Савва, отец.

Отец? Но он же санклит?

— Савва твой приемный отец. Ты так это называла.

— Ты говорила, что мы оба остались одни, - тихо сказал Шон Коннери, - я потерял единственную дочь, а у тебя остался только брат, не желающий с тобой знаться. Ты предложила мне стать твоим приемным отцом, и я был рад согласиться.

— Неужели ты меня забыла? – глаза Фиолетовой леди просто вбурились в мое лицо. – Попадись мне этот Алекс! – маленькие кулачки сжались. – Хорошо, что его все равно ждет плохой конец!