Книга Вне правил, страница 40 – Анель Ромазова

Или салон кто из вне раскачивает. Или молнией в тачку шарахнуло. Все на мне отражается в момент ее невероятного пика.

Падает Царевна сверху, как комета, разгоряченная и мягкая. Сладенько разомлела после оргазма. Не теряя драгоценного времени, пара секунд и ее отпустит, сдвигаюсь тазом вбок и расстегиваю ширинку. С пряжкой мигом расправляюсь. Та громко лязгает, стукнув Царевну по оголенной заднице.

Каменеем оба. Я в расфокусе, но и то ощущаю, что заяц группируется.

Секунда. Две …Три. Не двигаюсь, чтобы не спугнуть.

Яська подскакивает, будто ее кипятком облили. Неожиданно вертко, клацает по кнопке и разблокирует дверь. На улицу искрой испаряется.

Хелоу!

Вмиг осознаю, какой я легковерный дебилойд. С ревом выбрасываю себя из машины и за ней.

— Ты понимаешь, ведьма, что такое не прощают, — ору ей вслед, хули мне еще остается, — Одумайся! Вернись, Строгая! Я тебя строго трахну и потом разбежимся кто-куда!

В метре от меня приземляется кусок кирпича, смачно чавкнув в лужу. Второй осколок замечаю у ведьмы в руке. Она стоит недалеко от дощатого забора. Ненавистью пылает, что с растрепанными волосами смотрится угрожающе эффектно. Ноги по колено в грязи. Ее красота — страшная сила. Припаивает взгляд — не оторваться.

— Только подойди ко мне грязное животное. Я его тебе в голову брошу, — припугивает, а я аналогично свирепо скалю зубы.

— Да, пошла ты, ведьма, к черту на рога, — сплевываю, якобы мне не усралось за ней бегать. Кажется, что в эту минуту нутро соскабливают.

Ведьма! Вертихвостка! Динамщица! Сука! Девочка — возбудим, но не дадим. Ненавижу таких!

Зол я. В ярости. Возбужден в крайняк. От долбанных Бабенок, просто, камня на камне не осталось. Голыми руками крушу всю их ебанутую деревню. Всего лишь в фантазии своей, но не важно. Крыша тут у всех поселенцев дырявая. Надо валить, пока и у меня протечки не случилось.

Челюсть скрашиваю, со скрипом растирая зубы. Разворачиваюсь, сажусь в Мерс и бью по газам. На первом повороте, замечаю, что датчик бензобака мигает красным.

Заебамба!

Судя по делению, бак пуст. Долблю руль, матерюсь и сворачиваю к обочине. Как просохатил, что бензин на нуле — не ясно. Это все ведьмины чары.

Сука! Че за нахер, тут происходит?!!!

Бензина — нет.

Телефона — нет.

Знакомых поблизости — нет.

Есть немного денег и карта, ей только что дырку в заборе заткнуть. Без банкоматов и терминала — бесполезный кусок пластика.

Заколдованное место, в котором у меня даже секса и того нет. К Строгой идти на поклон за помощью, чувство собственной важности не позволяет.

Соплюха деревенская с красивыми глазами, волосами, жопой, сиськами… Всем она прекрасна! ВСЕМ!!! Придрался бы, но не к чему.

Рр-аа-рр!

Не являйся мне!

Хватит мерещиться!

Уйди!

Колошматя кулаками, ни в чем не повинный, капот, изгоняю образ полураздетой Ясеньки, стекающей своей медовой патокой мне запястье. И губы ее, дурящие и туманящие разум, вышибаю прочь.

Бля! Ну я ж просил, мне не являться. Опять без спроса лезет. Кровь кипит и плавит вены, стоит лишь представить продолжение и Царевну, изгибающуюся дугой на моем члене.

Поимела, как хотела. Страшно меня бесит. Злость буквально в глотке клокочет. Бурлит моя злоба, черным зельем в котле.

Поразительно!

Кончить и съебаться, как — будто так и надо. Получается меня попользовали, как фаллоимитатор, а потом выбросили как презерватив. Кое — кто белогривый охерел в край.