Книга Роман с конца, страница 67 – Марина Сом

— Я взрослый человек, и…

— Взрослые люди закрывают двери по ночам. О чём ты вообще думала? — я вспоминаю ситуацию две ночи назад и крепко сжимаю руль, унимая раздражение.

Полина тупит взгляд и молча разделывается с десертом. Не поднимая на меня глаза, она виноватым тоном произносит:

— Возможно… Возможно, я была не права.

— Возможно?

— Но в своё оправдание скажу, что мужичок был безобидный, и я бы справилась с ним сама. Я разбираюсь в пьяных людях, поверь… — она замолкает на пару минут, а после стыдливо продолжает: — У меня папа был алкоголиком, и он частенько приводил своих друзей. Так вот, наш гость не представлял никакой опасности — он не был агрессивным. Тем более, — подняв указательный палец вверх, добавляет она, — он заехал с женой и двумя детьми, так что у меня были рычаги давления.

— Невозможно по внешнему виду понять, на что способен человек. И если бы он хотел что-то сделать — ты бы его не остановила.

— Но он не хотел, — возражает она.

— Он схватил тебя за руку и потащил к выходу, Полина, — от силы, с которой я сжал руль, белеют костяшки пальцев. — А если бы я не успел?

Игнорируя моё состояние, Полина начинает смотреть на меня подозрительно, прищурив глаза.

— Кстати, а как именно ты успел? — она облизывает остатки шоколада с губ и добавляет: — Что ты забыл внизу посреди ночи?

Мне становится жарко, и я благодарю ночь и отсутствие освещения в машине.

— Марк?

Кажется, в этот раз молчание не сработает.

— Я увидел по камерам видеонаблюдения, — выдавливаю из себя признание. Что ж, я не удивлюсь, если теперь она попросит остановить машину и побежит от меня сквозь поля. На её месте я бы сделал именно это.

— А почему ты смотрел трансляцию с камер?

— Ну… — я нервно облизываю губы, думая, как сказать правду, не выставив себя ещё большим извращенцем, — я иногда делаю это.

— Иногда делаешь это, — медленно повторяет она. — «Иногда» — это как часто?

— Аахмм…

— Мааарк! Ты всё время наблюдал за мной по камерам видеонаблюдения?!

— Нет, конечно, нет… Только ночью.

— Только ночью!?

Голос Полины звучит возмущённо, но я не читаю в нём страха или отвращения.

Есть чем гордиться, Марк. Ты не напугал девушку. Молодец.

— А когда Игорь дежурит, ты тоже… наблюдаешь за ним по ночам?

Пришло моё время возмутиться:

— Как ты думаешь?

— Вау… Это… Марк, это…

— Ненормально? Поверь мне, я знаю. Мне уже об этом не раз сказали.

— Кто?

— Кирилл, мой психотерапевт.

— Психотерапевт? У тебя есть психотерапевт!?

— Да, но он уже скорее друг. Мы начали работать восемь лет назад.

Полина начинает хихикать — сначала сдержанно, в полголоса, а потом во всю силу. Она смеётся так заразительно, что я сам не сдерживаюсь, хоть и не понимаю, что именно её так рассмешило.

Когда она немного успокаивается и вытирает слёзы с глаз, я спрашиваю:

— Что смешного?

— Марк, я не хочу никого обижать, но восемь лет психотерапии…, — она качает головой, — Тебе стоит уволить этого Кирилла.

— Я обязательно ему это передам, — отвечаю широко улыбаясь. — Но ты просто не знаешь, что было до.

После минутного молчания, Полина игриво спрашивает:

— Ммм, значит, мне ещё досталась улучшенная версия Марка?

Я перевожу на неё взгляд. Она смотрит на меня лукаво, на губах играет улыбка.

— Да. Но я постараюсь стать лучше. Правда, — серьёзно произношу в ответ.