Онлайн книга «Тебя одну»
|
— Я впечатлен. Темы эзотерики, астрологии, нумерологии и прочего затрагивались теперь на регулярной основе. То Лией, которая верит в священную бабкину мощь, то самой Ясмин, которая этим живет. Я же не просто привык к ним. Это стало частью моего мира. Но к благоразумию благоверную все же призываю. Твой Идол: Не жести. Твоя Богиня: Я ангел. Твой Идол: Угу. Вздыхая, качаю головой. Но больше ничего не пишу. По дороге на «ФИЛИНСТАЛЬ», то и дело улыбаясь, прокручиваю последние девять месяцев жизни. Как увидели малыху впервые на УЗИ. Как до шестнадцати недель ждали каких-то изменений в ее теле и шутили, что в курсе беременности только грудь Фиалки. Как попеременно орали и умилялись, когда живот, наконец, надуло. Как пытались обойти друг друга, вылавливая первые шевеления… Я же, дурак, забыл, что эти движения настолько деликатные! Как Ли смеялась, когда я, едва прикоснувшись, утверждал: «Вот оно!». Как она, затаив дыхание, пыталась помочь мне почувствовать. Как я, черт меня подери, наконец, поймал толчок! Как узнали, что там девчонка. Как спорили об именах. Блядь… Это отдельная песня… — Какая, на фиг, Нимфадора?! Через мой труп! — Тогда Эльвира. — Нет. — Люция! — Нет. — Варуна! — Где ты берешь ЭТО?! — ЭТО из книг, дубина! Развивайся! — ЭТО не подходит ни к нашей фамилии, ни к отчеству! — Так поменяй имя, Димочка! — Остынь, блядь! — Может, все же Авелия… — Авелией мы не назовем. — Но… Димочка… — Я сказал. Вспоминаю и то, как Лия делилась всеми своими ощущениями. Как вместе волновались, если что-то шло не так. И как она летала, конечно… Ни минуты покоя! Нет, я, конечно, знал ее характер, но чтобы вот так… Не снизив обороты ни на секунду! В ее графике не было ни перерывов, ни пауз. Если бы существовал чемпионат по бешеному ритму жизни, моя Фиалка бы точно первое место взяла, обскакав всех нас, не обремененных. Всухую. Добравшись до предприятия, сзываю начальников цехов. Поглядывая на телефон, провожу разъяснение по плану на завтра. Как чувствую, блядь… Амелия звонит около пяти. Не удосужившись даже извиниться, обрываюсь на полуслове, чтобы принять вызов. Отчего-то думается, что там сейчас сирены заорут. Но нет. Тишина. Полнейшая. — Дим… — толкает Фиалка после затянувшейся паузы. И вновь замолкает. А у меня, мать вашу, каждый нерв в движение приходит. — Да? — вытягиваю с трудом. — Ты можешь купить мне эклеров? Сглатываю, ощущая, как за грудиной что-то сжимается. — Эклеров? — переспрашиваю, чтобы догнать. Все еще твердо звуча, отвечаю: — Конечно. — Прямо сейчас, Дим… — речь Лии становится торопливой. — Прямо сейчас можешь? На автомате смотрю на долбаные часы. Отмеряю что-то. А что? Я и сам не знаю. — Прямо сейчас и куплю, — все, что обещаю. — Спасибо. Ты самый лучший. Я люблю тебя, — дробит заискивающе. — И всегда буду любить. — Я тебя тоже, — по голосу все так же спокоен. А на деле бросает в пот. — Буду ждать у «Радуги», — сдает координаты. И будто подгоняет: — Встретимся, да? — Да. Я заканчиваю. Она перебивает протяжным выдохом. Застываю, чтобы вслушаться. — И это… Дим… Ты только не кричи… Я, кажется, рожаю. Стремительно подрываясь на ноги, опрокидываю стул. Лихорадочно таращась в поплывшее пространство, задаю наводящие вопросы: — Кажется, или рожаешь? Что именно происходит? |