Книга Как они её делили, страница 79 – Диана Рымарь

На это я даже улыбаюсь.

Уж мне-то точно ни с кем в ссоре быть не хочется.

Все равно не могу до конца расслабиться, но как будто камень с души упал.

— Верно… — киваю не очень уверенно.

Ульяна моих сомнений не замечает, наоборот оживает.

В ее глазах загорается задор:

— Ты мне вот что расскажи — как протекает твоя беременность? Что врач говорит? Какие анализы? Витамины пьешь? Железо, магний, фолиевую кислоту…

Вот тут ступор накрывает меня резко и беспощадно.

Потому что я не сделала ничего из того, что она говорит.

— В женской консультации сказали приходить после двенадцати недель… — мямлю, будто в школе двойку получила.

Стыдно почему-то до слез.

Ведь хотела пойти в платную клинику, но постеснялась сказать Артуру, что мне нужны для этого деньги. Решила подзаработать, тогда уж сходить на свои.

Ульяна возмущается моим ответом:

— Как так? Я недавно родила, точнее два года назад! И знаю, как это важно — изначально наблюдать беременность. Позволь принять участие: отведу тебя к моему врачу на осмотр, потом витамины купим, все нюансы обговорим.

Голос у нее уверенный, взгляд — заботливый, хоть и строгий.

Я зависаю, не знаю, что ответить.

— Артур против будет, что вы меня к врачу ведете…

— Может быть, он как-то это переживет? — Она улыбается, легко и непринужденно. — Не все ж мужчинам нашими жизнями рулить, да? Мы сами себе хозяйки!

Она заговорщически мне подмигивает.

И внезапно у меня теплеет на душе. Может, и правда… бабушка не помешает.

Это какой-то адский день…

Я проторчал в университете дольше положенного. Потом заехал к знакомому ювелиру, сторговался, чтобы продать подороже новую порцию золота. Надо ведь приводить квартиру в порядок, готовиться к рождению малыша, а для этого нужны деньги. Кроватку покупать, всякую эту младенческую лабуду, которая стоит, как крыло от боинга.

Честно сказать, я раньше даже не задумывался о том, сколько получает отец и сколько денег ему требуется, чтобы содержать всех детей.

У нас с Арамом всегда было все, что только можно хотеть. У старшей сестры тоже.

О младшей и говорить нечего. Родилась, считай, в золотом подгузнике.

Отец с матерью учудили, родили четвертого ребенка в сорок лет. Анаит недавно исполнилось два года.

Это шило в жопе хорошенькая как картина, у нее в отцовском доме своя комната принцессы. И чего только в той комнате нет…

А если у меня родится дочка?

У нее, конечно, не будет комнаты, как у Ани, но хоть что-то я ей обеспечить должен. Иначе какой я отец?

Мать еще в детстве рассказывала нам, что, когда у нее родился первый ребенок, денег было совсем мало, они с отцом старались изо всех сил, чтобы сэкономить. Потом еще мы с Арамом появились на свет. Тяжело им приходилось.

Отец работал день и ночь, чтобы всех прокормить.

И, по ходу дела, неплохо справился, раз все в семье жили в шоколаде. И как у него это вышло? Жаль, не задал я ему нужных вопросов раньше, когда были в нормальных отношениях. Сейчас-то что…

Он, конечно, огромная заноза в заднице, гордец и самодур, ставит себя выше других.

Но то, как он заботился и содержал семью все эти годы, достойно уважения.

До меня только сейчас начинает доходить, сколько он делал, сколько трудился.

Водрузил семью на свои плечи титана и понес по жизни.