Книга Как они её делили, страница 76 – Диана Рымарь

И вот там, у этой самой стойки…

У меня какое-то гребаное дежавю.

Настя стоит за стойкой в фирменном переднике кофейни. Только теперь она искренне мне улыбается, а не пытается спрятаться, как раньше.

— Артур, меня взяли обратно, представляешь? — радуется она, когда я подхожу. — Им срочно нужен был бариста, а тут я, вот и…

Такое положение вещей мне, мягко говоря, не нравится.

— Мы же решили, что я буду работать, а ты дома… — говорю угрюмо.

Настя спешит меня поддеть:

— Но у тебя ведь еще нет работы, верно?

Как газетой нашкодившего пса припечатала, ей-богу.

Впрочем, до нее быстро доходит, как звучат ее слова. Потому что она тут же тараторит извиняющимся тоном:

— Что плохого, если я тут поработаю? Нам же нужны деньги…

В башке взрывается фейерверк из аргументов, почему я против. Их реально десятки.

Но главный до жути банален — ревность…

Да, да, именно она, дикий припадок моментально давит на мозжечок.

На нее тут будут смотреть, с ней тут будут общаться. Чужие мужики будут улыбаться ей, заказывая кофе. А она будет улыбаться в ответ — потому что такая работа. Нормально это, что ли, если девушка в браке?

Опа…

Резко торможу со своими фантазиями, как запираю Настену дома на веки вечные, а ключ выбрасываю в окно.

Мы все же живем не в средние века. Вообще не могу понять, когда стал таким диким собственником?

Раньше же не было такого… Или было, но я просто не замечал этого за собой?

Наступаю на горло своей немотивированной агрессии:

— Ладно, малыш, пока не тяжело, поработай немного.

Ободряюще ей улыбаюсь, хотя внутри все кипит от протеста.

И еще понимаю: мне срочно-обморочно нужна работа, раз уже и у жены она есть. Золото в заначке не бесконечное, а жить на что-то надо.

Но главное — я не могу позволить себе быть тем мужем, который сидит дома, пока жена деньги зарабатывает. Особенно беременная жена.

После моего восстановления в университете и нежданного обретения старой работы проходит примерно несколько дней.

Все более-менее устаканивается.

Я за стойкой кафе чувствую себя почти уверенно.

Прекрасное утро прекрасного солнечного осеннего дня.

Я обслуживаю клиентов, отпускаю одного за другим, как вдруг вижу, что в конец небольшой очереди становится Ульяна Владимировна.

Моя свекровь!

Первое и совершенно немотивированное желание — спрятаться под стойку.

Как есть, скрыться от нее, а заодно и от остальных клиентов.

Пусть думают что хотят.

Сквозь землю провалилась — вполне себе логичное объяснение, нет?

Или вот еще хороший вариант — растолкать все, что есть сбоку, вскочить на стойку, открыть окно — и на улочку. Благо первый этаж, поэтому план побега не так уж плох, хоть и жутко глуп…

Ну не готова я сейчас к новой конфронтации. У нас с Артуром только-только наладилась новая жизнь, мы только-только выдохнули с облегчением. Я не хочу ругаться с его матерью. Вообще ни с одним родственником ни ругаться, ни даже видеться не хочу. У нас своя маленькая семья, свое комфортное пространство, и мы не позволим никому топтаться там грязными сапогами или туфельками.

Естественно, никуда не прыгаю. Ни под стойку, ни в окошко.

Поджимаю губы, обслуживаю покупателей.

Сама мысленно строю примерный план диалога. То и дело поглядываю на свекровь, пытаясь угадать ее настроение.