Книга Как они её делили, страница 74 – Диана Рымарь

— Поздравляем!

— Какие молодцы!

Мне становится тепло от этих искренних слов. Наконец-то я слышу что-то хорошее в свой адрес. Не осуждение, не сплетни, а обычные человеческие поздравления.

Я улыбаюсь и благодарю ребят, прижимаясь к Артуру сильнее. Он тоже отвечает на поздравления, шутит с парнями. Невооруженным взглядом видно, как он радуется и гордится тем, что я рядом с ним.

И вдруг на другом конце коридора показывается Арам.

Мир словно застывает. Все звуки становятся приглушенными, а воздух — вязким.

Арам идет нам навстречу и полосует нашу парочку взглядом.

Я напрягаюсь всем телом. Инстинктивно прижимаюсь к Артуру, словно ищу защиты. Рука его тоже напрягается, крепче сжимает мою.

В глазах Арама читается что-то страшное. Не просто обида или злость. Что-то холодное, расчетливое. Он смотрит на нас так, словно мы предали его самым подлым образом.

А потом я замечаю, что Арам идет к аудитории в компании дружков того самого Константина, который раньше лез ко мне. Но ведь раньше никто из Григорянов с этой компанией не общался.

Вижу, как морщит лицо Артур. Челюсти его сжимаются, в глазах вспыхивает знакомая мне ярость.

— Чего они все вместе? — шепчу я ему.

— Не знаю. Но мне это не нравится.

Мы все заходим в большую аудиторию.

Преподаватель уже стоит у доски — Семен Петрович Волков, немолодой мужчина в очках, который умеет сделать самую скучную лекцию интересной, даже если это экономическая теория. Он раскладывает свои материалы, поправляет очки и начинает говорить привычным размеренным голосом:

— Сегодня мы рассмотрим принципы формирования себестоимости продукции. Откройте конспекты, записывайте определения…

Я сажусь на свое новое место рядом с Артуром.

Раньше здесь сидел Арам — они всегда занимали места в третьем ряду, ближе к середине. Теперь я на месте брата мужа, а он…

Оглядываюсь и вижу, что Арам сел по другую сторону аудитории, в самом углу, вместе с компанией Константина.

Да уж, раньше братья всегда были вместе.

А теперь между ними пропасть. И я — причина появления этой пропасти.

Стараюсь сосредоточиться на лекции, записываю определения, но взгляд постоянно скользит в сторону Арама. Брат мужа делает вид, что слушает преподавателя, но я чувствую, как он следит за нами боковым зрением.

И вдруг происходит то, от чего кровь стынет в жилах.

Арам поднимает руку и медленно проводит ногтем большого пальца по горлу. Жест четкий, понятный — имитация перерезания. А губы беззвучно произносят слова, которые я без труда читаю: «Тебе конец!»

Этот жест адресован Артуру.

Внутри меня все сжимается в тугой комок, руки становятся ледяными. Что он задумал?

Я знаю, что между братьями всегда была конкуренция. Но это… это уже не конкуренция. Это угроза.

Артур тоже видит этот жест. Его лицо каменеет, рука под столом сжимается в кулак. Он смотрит на брата долгим, тяжелым взглядом, а потом отворачивается и делает вид, что внимательно слушает лекцию.

Но я вижу, как напрягается его спина, как стискиваются зубы. Он будто к бою готовится.

Родители Артура, моя мама, Арам… Все против нас.

Интересно, остались ли на этой земле люди, кому мы не досадили тем, что поженились и ждем ребенка?