Книга Клеймо бандита, страница 103 – Любовь Попова

И я смирился с этим. Только как жить, осознавая, что кроме воздуха мне нужна эта строптивая девчонка.

— Найди Сашу. Спросим у него все. Он давно дерганый был какой — то. Я списывал на проблемы с сестрой, которая недавно ушла из проституции. Но видимо ошибся.

— Уже не первый раз.

— Заткнись и занимайся своей работой. И Где Соня! Какого черта она шляется неизвестно где в четыре часа утра!

— Лежи, брат. Сейчас приведут твою Соню.

Он выходит, а я поднимаю взгляд в потолок и пытаюсь понять, когда все пошло не так. Когда я начал столько ошибаться, когда мой взгляд на людей перестал быть таким острым.

Любовь. Уверен, что это сопливое чувство разъедает мозги.

Медленно убивает страхом, что все может закончиться. Что Соня умрет в очередной перестрелке или еще хуже убьет себя. Порой мне кажется она от этого недалеко. Так ей претит образ жизни, в котором мы живем. В котором я живу, а она позволяет быть рядом.

Проходит несколько минут, и вот она на пороге.

От ее вида сердце ломает систему ценностей, что дрессировал в себе столько лет. О бабах надо заботиться, но все бабы шлюхи.

И она тоже. Только чтобы трахать себя добровольно, она требует не деньги, украшения и шмотки, все это ей не нравится, как бы она не силилась улыбаться. Ей нужна эта треклятая любовь, защита.

— Где ты была? — злит меня. Высокомерием. В ее глазах загадка и мне очень хочется ее разгадать.

— Пила кофе. А еще выясняла, что уже несколько дней тебя в коме держит медсестра, которую шантажирует Катя.

Я сажусь резко. Начинает кружиться голова, но я не подаю виду.

В глазах Сони превосходство. Она выяснила правду раньше меня. Уделала. Сломала. И рада этому.

— Радуешься, что смогла поиграть в шпиона и все выяснить? — мне адски плохо, но я все равно встаю с кровати. — Радуешься, что сделала меня мягкий и тупым, а Сонь?

— Что ты несешь? Ты не тупой.

— Я раньше знаешь какие махинации проворачивал, — иду на нее. Она в стену вжимается, но не дрожит и глаз не опускает. — Да твоей глупой башке такое даже не снилось!

— Ну и гордись этим! Я тут причем!?

— Причем, — кулак ударяется об стену над ее светлой головой. — Еще как причем! Ты сука под кожей, понимаешь. Мне о деле надо думать, а я сука, думаю о том, почему Сонечка грустит. Думаю о том, как не сделать ей больно. Как удовлетворить все ее неадекватные потребности.

— Да мне ничего не надо!

— А разве не ты тянула меня гулять, как все нормальные люди? Не ты просила меня бросить все и стать обычным человеком? Ты, Ты, ты! И я как послушный пес иду и исполняю! А ты дрянь такая еще и морду воротишь. — хватаю ее за щеки. — на меня смотри! Я тут из-за тебя.

— Я не просила брать меня в жены. — рычит она, пытается оттолкнуть, ногтями щеку заросшую царапает. — Я вообще ничего этого не хотела! Ты сам прилип!

— Да, да. Ты святая, а я больной ублюдок. Мечтаешь о свободе? Что я откажусь от тебя и отпущу.

Молчит. Сука. Реально мечтает.

— Я не буду ничего говорить, ты все оборачиваешь против меня. Не доверяешь.

— Доверял, пока не понял, что противен тебе.

— Это не так. Твой образ жизни. Эти убийства, взрывы, махинации. Как ты не понимаешь, что зло рождает зло!

— Но я и есть зло! — ору на нее, вжимаю пальцы в горло, чувствую, как пульсирует венка. — И ты сама пошла на эту сделку с дьяволом. А я предупреждал, что либо со мной теперь, либо сдохнешь. Или забыла?