Книга Ты будешь наказана, страница 89 – Ада Ридель

— Ты…

Его голос похож на загробный. Словно что-то давно мёртвое вылезает из могилы и шепчет. Как в фильмах ужаса.

Позвонки простреливает холодом.

Потому что чувствую всю злобу и агрессию от этого мужчины.

Что тянется рукой за пазуху.

И я ведь знаю, что там. Это движение уже выучила. Ведь видела не раз.

— Арс? — спрашиваю волнительно. Глаза округляются, когда он делает шаг назад.

И моё предчувствие так и кричит об опасности…

— Перестань! — я тут же кидаюсь на Арсанова. Да, стараюсь защитить Ивана. Я не хочу видеть чужой смерти, тем более, из-за меня. — Он ни в чём не виноват!

Эмиль пытается отпихнуть меня в сторону. Но вместо того, чтобы уйти, только сильнее вцепляюсь в него.

И, когда он наводит дуло пистолета на Ивана, что не говорит ни слова, запрыгиваю на мужчину. Ага. Как в старые добрые времена. Обвиваю шею руками, талию — ногами.

И он хватает меня за бёдра. Холодит пистолетом кожу, и я напрягаюсь.

Но всё же отвлекаю Эмиля от зверской расплаты.

Ничего ведь не случилось! Я сама прыгнула! Не умерла! Только немного взбодрилась!

И чтобы задобрить его наверняка… касаюсь губами его губ. Проникаю языком и не замечаю, как он сильнее вжимает пальцы в кожу. Цыкает через наш поцелуй и всё же делает шаг назад.

Приоткрываю один глаз и замечаю, что уносит от Ивана, который стоит, опустив голову вниз.

Эмиль тут же вжимает меня в стену. Ударяет головой. Не сильно, не так, как Влад. Но после этого голова знатно кружится. Поэтому не понимаю, как целую обезумевшего Арсанова, что буквально пожирает меня.

Грубо, жёстко. И так, словно не видел меня несколько лет.

Всё норм.

Главное, у меня получилось.

И это понимает и Эмиль, который отрывается от меня и слегка улыбается.

— Ах ты, сучка, — шипит, но как-то по-доброму, игриво. — Грязно играешь. Но я запрещаю тебе так делать. Я ведь и курок спустить могу.

— Тогда сам убьёшь меня, — выдыхаю. — Ты же этого хотел.

— Теперь не хочу, — ошарашивает. — Мне нравится, что ты делаешь. За исключением…

Пальцы сжимаются на бёдрах.

— Твоей последней выходки.

— Я так больше не буду, — выдыхаю и заглядываю в его карие глаза. До этого старалась не смотреть на него, но сейчас… — Но и ты не убивай из-за меня и при мне людей. Особенно тех, что ничего не сделали.

— Ты указываешь мне? — бровь выгибается.

Я буду грёбанной суицидницей.

Хотя, о чём это я? Час назад моя жизнь опустела. Перевернулась с ног на голову. Вывернулась наизнанку. Мне некого бояться, а, тем более, Арсанова — единственному, кому есть до меня дело…

Подонка.

Но теперь…

Мы — союзники. И, судя по тому, что он сейчас хоть и зол, но не поставил на колени, заставляя сосать…

Прогресс. Хотя я видела эти кровожадные глаза, когда мы только встретились в коридоре… До сих пор мурашки бегут по всему телу.

— Нет… — выдыхаю и скольжу взглядом по его лицу. — Просто… Не уверена, что это поможет вернуть мне память. Я только закроюсь и буду ненавидеть тебя сильнее. Когда я всё вспомню, это ведь не нужно ни мне, ни тебе, так?

Я не представляю, что буду делать, когда это случится. Если вообще произойдёт.

Тогда я не пойму себя.

Неужели человека, которого я раньше любила, и который в данный момент растоптал меня в пух и прах, потом…

Снова станет мне родным?

Не уверена.

Я его не прощу. Если дурой не буду. Хотя, вряд ли забудешь всё это. Изнасилование на подоконнике, верёвки, флогер… Что ещё? Едва не скинул с крыши, но перед этим трахнул хорошенько. А потом, да… минет посреди коридора это то, о чём я мечтала.