Книга Спасу тебя навсегда, страница 29 – Яна Нова

— Как только выздоравею, сама отправлюсь на его поиски. И обязательно его найду.

Тётя Лариса ушла через час.

Вечерний обход.

Ужин.

Сон.

На следующее утро получаю красивый букет из желых орхидей и красных гербер, с добавлением полевых ромашек и маленькой птичкой, сидящей на веточке. Это так красиво. Мне никогда не дарили цветы. Минут пятнадцать сидела с букетов в руках. Любовалась, нюхала, разглядывала каждый цветочек, каждый лепесток.

К букету прилагалась записка.

"Настя, извини ещё раз. Мы можем поговорить? Речь идёт не только о тебе, но и твоём брате. Если через полчаса этот букет не вылетит в окно, буду считать, что можно…"

Владимир. Кто же ещё?

Да или нет?

Так-то он приятный молодой человек.

Добрый.

Внимательный.

Щедрый.

Способен извиниться, хотя сам не виноват.

А я вела себя… истерично! Перепугались. Мне было очень страшно.

Через полчаса в палату зашёл Владимир, он оказался очень пунктуален. Сначала немного напряглась, но от тихой и спокойной беседы, напряжение постепенно отпустило.

— Как ты думаешь, куда мог пойти твой брат? Может есть, родственники, друзья, знакомые. По ориентировке он пока нигде не засветился. На вокзале замечен не был.

— Родственников, точно нет. Мама с папой были из детдома. Может он поехал в посёлок, где мы жили раньше? Он мог на попутке, денег на билет у него не было. — точно, как раньше не догадалась. Я же сама хотела туда ехать, когда планировала бежать.

Написала название деревни, адрес тёти Лены.

— Сегодня же съезжу. Это ведь не далеко от города?

— Нет, тридцать километров.

— Ещё одна новость и вопрос. Можно? — кивнула.

— Соколов вчера записал все твои показания. Ознакомься, если всё верно, на каждом листе напиши: "С моих слов записано верно, мною прочитано" и заверь личной подписью.

— А какой вопрос? — протянула ручку и подписанные показания.

— Я же обещал помочь разобраться в твоём… личном вопросе, — действительно вопрос был личный и деликатный, меньше всего мне бы хотелось обсуждать его с мужчиной… тем более с Владимиром. Но без его помощи я не справлюсь. Поэтому стеснение прячу подальше. Тру пылающие щёки, готовясь отвечать на неловкие вопросы. — Насть, ты уверена…

— Что ни с кем не спала? Конечно уверена. Я даже у доктора спрашивала, могла ли я забыть. У меня мысль была, что меня в интернате изнасиловали.

— И?

— Не могла… Надо искать в другом направлении.

— Ты же прошла обследование? Всё подтвердилось? — чувствовалось, как Владимир старался очень деликатно задавать вопросы.

— Подтвердилось. Я не понимаю, как такое могло произойти.

— Я заморочился этой темой, вчера до трёх ночи в интернете читал врачебные статьи. Есть ещё, два возможных варианта. Один мы можем попробовать проверить, второй — к сожалению, никак. До того, как зайти к тебе, я обсудил свои версии с врачом-гинекологом, который тебя осматривал. Она подтвердила, что оба случая имеют место быть. Мария Константиновна зайдёт через десять минут, — посмотрел на экран телефона, — она всё тебе расскажет, задаст некоторые вопросы. Насть, только ты не волнуйся.

— Хорошо.

— Ты не против, если я поприсутствую?

— Нет.

Врач действительно появилась через десять минут, как и обещала.

— Владимир, мне рассказал о вашей проблеме, не знаю, чем мой рассказ вам поможет. Да, ладно. Мне несложно, — улыбнулась, поправив очки, которые ей очень шли.