Онлайн книга «Отец подруги. Наш секрет»
|
Надо сказать. Открыться ей, но я не знаю, как это сделать, не могу даже слов подобрать. И Ульяна понимает сама. — Это он, да? Тот, для кого ты все это готовила — мой отец? Я коротко киваю и готовлюсь к шквалу обвинений и оскорблениям. Да ко всему, что только угодно, готовлюсь, но… Ульяна меня удивляет. Пересев ко мне, она обнимает меня за плечи и говорит: — Какая же ты дурочка у меня, Тая. Вот зачем тебе это? Зачем тебе в это лезть? Папа, он… — она хмурится. — Он не настроен на серьезные отношения, понимаешь? И ребенок… он и своего-то не принял бы, а уж чужого… Она замолкает, но я и так ее понимаю. Понимаю и так больно от этого становится. Своего бы не принял. — А почему своего не принял бы? — Это… долгая история. Хотя… тебе все равно придется ее рассказать, — она вздыхает как-то тяжело, и я вместе с ней, потому что понимаю, что пока не могу ей сказать про ребенка. Потому что тогда об этом наверняка узнает Дамир и… мне снова страшно. Я только перестала бояться и вот… — У меня был брат, — выпаливает Ульяна на одном дыхании. — И мама была. Давно-давно мы были счастливой семьей, полноценной. А потом что-то пошло не так. Мы не поняли сначала, Тась, а когда поняли, было очень тяжело, потому что мама уже была беременна. — Она… употребляла, да? — Да, — сглотнув, произносит Уля. — Ее подсадила подруга. В шутку попробовали. У них тогда с папой был не самый легкий период. Он много работал, почти не появлялся дома. Они виделись редко. Мама думала, что у него кто-то есть на стороне. Ну и все пошло под откос. Заметили даже не мы, а врачи. Папе позвонили из клиники, где мама встала на учет, там что-то с анализами было и все… все стало ясно. Но срок был большой и аборт делать было поздно. Ульяна замолкает, переводит дыхание. Встает, наливает воды и возвращается на диван. — Костик родился очень слабым. Много плакал. День и ночь. Но его лечили. Папа сутками напролет ездил с ним по больницам. Никому его не доверял. Все делал сам. И даже… — Уля сглатывает, шумно выдыхает, — все пошло на улучшение. Начало налаживаться. Маму тоже вылечили… вроде как, — горько усмехается Уля, — и на какой-то период все затихло и было относительно нормально, но потом мама сорвалась. Тогда папа с ней развелся и запретил ей к нам приближаться, пока она не пройдет лечение. — А где… где они сейчас? — Они разбилась, — глухо произносит Уля и замолкает. Я тянусь к ней и крепко сжимаю ее ладонь, на что подруга слабо-слабо, но улыбается. — Мама выкрала Костика. Тетя… — Уля сглатывает, — у папы была сестра — Лиза. Я киваю, о таком грех не помнить, ведь это с ее часов и началась наша с ним история. И сейчас я вспоминаю, что Дамир говорил о какой-то аварии, после которой часы были в ее сумочке. — Она обманула ее. Убедила, что чистая. Плакала, что скучает по сыну. Попросила увидеть его хоть ненадолго. Наверное, Лиза поняла что мама снова подсела, уже сидя в машине. Потому что… как предположили следователи, они боролись за управление. В итоге их не стало. Всех. Мамы. Кости. Лизы. — То есть она специально это сделала? — ахаю. — Не знаю, специально или нет. Возможности спросить не было. Но мама… красиво врала, манипулировала. После первого раза, когда ее лечили, она стала изворотливой. Папа никогда не мог понять, врет она или говорит правду. Так что он не заводит отношений больше. И детей тоже не хочет. Он очень его любил, — Уля тепло Улыбается, а на ее глазах появляются слезы, — я даже ревновала папу немного. Мне казалось, что он любит его больше, чем меня. Но, несмотря на это, я сама очень сильно любила Костю. И очень тяжело восприняла его потерю. Меня и к психологу водили, именно он и порекомендовал отправить меня на рисование. И потом, когда выросла тоже к психологу ходила постоянно. А папа… Он справился с горем сам. Как мог справился. Поэтому что я знаю, о чем говорю. Это неправильно, конечно, но папа не захочет ребенка. Он никогда не признается, но, мне кажется, что он боится малышей. Видишь, как легко он нашел контакт с Аксиньей, а малыши… |