Книга Беда майора Волкова, страница 89 – Ника Оболенская

Сердце грохочет, заглушая внешние звуки.

Время решений пришло.

Андрей

Прикрыв за собой дверь, прохожу в комнату для допросов. Из мебели здесь только стол и пара стульев, прикрученных к полу.

Соловьев дергается, гремя браслетами, не сводя с меня заплывшего взгляда.

Злорадствую про себя.

Выглядит уже не таким рафинированным мальчиком: рожа, как у незадачливого пчеловода, рубашка грязная и помята, линзы очков с сеткой трещин, угол рта украшает свежий кровоподтек.

Ребята не церемонились, когда брали.

Оперативно беркуты Колесникова работают.

«В машине фейсов Вадим Иванович протягивает мне ноутбук.

— Забавные иногда жалобы получает МВД. Вот, например, пишет некий Пахомов И.П. Жалуется, что кто-то злонамеренно украл у него четыре покрышки, которые он выставил рядом со своим гаражом.

Непонимающе смотрю на генерала.

— Это вы сейчас к чему, Вадим Иванович?

Нажав на кнопку, Колесников запускает на экране ноута видео».

Пару секунд разглядываю Кирилла, будто впервые видя. Надо же, под самым носом у нас прятался.

— Что, Волков, пгишел снова мне могду бить? — криво ухмыльнувшись, Кирилл откидывается на спинку стула.

— Да здесь уже негде разгуляться, — киваю на подрихтованный нос.

— Я тебе скажу то же, что и им, — кивает на зеркало во всю стену, за которым сейчас за нами следят две пары глаз. — Никаких оснований для моего задегжания у вас нет.

Молча выкладываю перед ним распечатки фотографий.

— В разных районах города камерами зафиксировано передвижение лиц, предположительно пробравшихся в мой дом, нанесших вред здоровью гражданке Горячевой Яне Владимировне и утроивших поджог. Белый автомобиль марки ВАЗ-2107 передвигался со скоростью… — слова падают в тишину, пока я отстраненно перечисляю факты. — Регистрационный знак… автомобиль зарегистрирован за Богуславской А.С.

— Настя уже написала заявление об угоне, — пожимает плечами Соловьев.

Киваю. Да, подсуетились.

— Вчера и написала. Какое совпадение, не находишь? Какие-то покемоны угнали у твоей Насти тачку и в этот же день решили спалить мой дом, попутно зарезав пса и напав на ни в чем не повинную девушку…

— Как ты говогишь в этих случаях? — Киля расплывается в кривой улыбке, демонстрируя отсутствие переднего зуба. — Дегьмо случается.

С силой сжимаю кулаки. Да, дерьмо периодически случается в моей жизни. Но я сам его расхлебываю. Янку-то за что?!

В груди невыносимо давит.

Из-за меня пострадала. А могла бы порхать яркой птичкой в клубешниках, попивая коктейли с эффектом амнезии, или вдохновленно что-то рисовать на холсте, мурлыкая себе под нос…

А вместо всего этого, Янка лежит на больничной койке, а я…

Делаю глубокий вдох, отвлекаясь на боль где-то там, под ребрами.

Мне больно, потому что решение, которое я принял, не понравится ей.

— Да, Киль, дерьмо случается с каждым из нас. Хочу тебе кое-что рассказать, пока время у нашего свидания не вышло.

— Думаешь, что потом не свидимся? — тянет самоуверенно.

— Не уверен, что я захочу тебя навестить на зоне. Но ты не отвлекайся сейчас, слушай. Лично для тебя дерьмо началось с того, что у деда Иннокентия спиздили покрышки…

«Иннокентий Павлович — «дитя войны», Герой Социалистического Труда, почетный член партии и вот уже десять лет как бессменный председатель ТСЖ № 4 — со всей силы ненавидел душный город летом и мечтал бросить все и уехать в деревню. Но Софушка скучала по детям и внукам, а Кеша слишком сильно любил свою жену, чтобы ей перечить.