Книга Горькая полынь, страница 118 – Майя Невская

Я опустила взгляд на свои руки. Я все еще крепко сжимала сумочку, не в силах ослабить хватку. Я заставила себя разжать пальцы, замечая на гладкой коже следы от моих ногтей. На глазах выступили слезы от осознания, что сегодня произошло и что могло произойти, если бы Назар проиграл. Случившееся отрезвило меня. Именно в этот момент у меня будто спала пелена с глаз, исчезли все фантазии, которые я успела себе нарисовать, растворились, будто их и не было. Я для него вещь, которую можно купить, подарить, поставить на кон…

Меня начало трясти. Стало неуютно в собственном теле. Дыхание стало частым. К горлу подкатила тошнота. Еще секунда и меня накроет. Мне нужно на воздух, мне надо вырваться из замкнутого пространства как можно скорее.

— Останови машину, – еле слышно попросила я.

Я чувствовала на себе взгляд Назара, от которого с каждой секундой мне становилось все хуже. Я готова была выйти из машины прямо на ходу…

— Тарас, останови, – приказал Назар.

Не слушающимися руками я с трудом расстегнула замок на сумочке и, достав из нее карточку, положила на сиденье между нами. Дернув за ручку, которая поддалась только с третьего раза, я открыла дверь и буквально вывалилась на улицу. Холодный вечерний воздух и дождь ударили в лицо, приводя меня в чувство. Я дышала часто, как будто мне не хватало кислорода. Его полно вокруг меня, но я как будто потеряла способность дышать. На мгновение в глазах потемнело. На едва гнущихся ногах я заставляла себя идти. Шпильки туфель утопали в газонной траве, затрудняя каждый шаг. Едва я выбралась на асфальтированный тротуар, сразу побежала, желая оказаться как можно дальше отсюда… и от него.

— Аделина, – раздалось требовательное за спиной и через секунду Назар дернул меня за локоть, заставляя остановиться. – Вернись в машину.

— Пусти. – Я вырвалась из его хватки. – Никогда больше не прикасайся ко мне. – Я смотрела в спокойное лицо Назара и чувствовала собственное бессилие против него. – Никогда. Слышишь? Я тебе не чертова вещь! – Прокричала я. – Ты не имел права так со мной поступать, – голос сорвался, я разрыдалась, ощущая, как внутри бушует беспомощное отчаяние. – Как ты мог? Зачем ты так со мной поступил? А если бы ты проиграл, отдал бы меня ему как трофей?

— Вернись в машину, – с нажимом повторил он.

Я помотала головой и обхватила себя руками. Дождь усиливался. Светло-серый костюм Назара очень быстро потемнел. Мое тонкое платье промокло насквозь за минуту. Но это ни шло ни в какое сравнение с тем, что я ощущала внутри.

— Если я тебе надоела… если больше не нужна, просто скажи, и я уйду, но сделать то, что сделал ты… чудовищно… – Тело начала бить крупная дрожь. Холод сковал все внутренности. Тяжелый ком второй раз за вечер подкатил к горлу. – Я влюбилась в тебя… как дура влюбилась, – я прикрыла на мгновение глаза, сраженная своим признанием. Я не собиралась ему этого говорить. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. И не понимаю, как это вырвалось сейчас. Неуместное и ненужное ему признание. Я посмотрела на Назара полными слез глазами и мое тихое «прощай» растворилось в шуме дождя. Отвернувшись, я продолжила свой путь, с трудом разбирая дорогу из-за слез.

Новые туфли натирали ноги, мокрое платье облепило тело. Я дрожала от холода и слез. Истерика накрывала меня, но я старалась держаться. Дождь усилился, превращаясь в мощный ливень. Погода не располагала к прогулкам, но такси мне снова было не по карману. При себе у меня не было ни копейки.