Книга Пепел на твоих губах, страница 165 – Вера Зверева

— Почему ты думаешь, что это как-то связано с Андреем? — засомневалась Вика. Количество странностей уже переходило все границы реалистичности. — Это может быть его однофамилец.

— Да вот по документам Ветров там был Владимир Игоревич, с женой Анастасией Дмитриевной и сыном Андреем Владимировичем девяносто третьего года рождения. Который, внимание!

— Хватит уже нагнетать, — раздражалась Вика театральщине, которую разводила Маша.

— Полтора года назад умер! После чего его мать сняла дом с продажи и информацию перестали обновлять. Но за ним среди наших уже навсегда закрепилась репутация проклятого дома с привидениями.

— Риэлторы настолько суеверны? Может это совсем другой Ветров умер? Наш ходит живее всех живых, утром сама видела.

— Или это совсем не Андрей Ветров сейчас живет рядом с тобой, а какой-то самозванец под его именем.

— Вот это уже точно бред!

— Кто знает? Я уже ничему не удивляюсь.

— Мать Андрея умерла год назад, — зачем-то решила сказать Вика.

— Вот! — утвердительно воскликнула Маша, — может этим убрали последнего свидетеля, который мог опознать настоящего Андрея Ветрова?

А я не могу похоронить его второй раз, я уже закапывал этот гроб однажды!

Слова Разумова всплыли в памяти сами собой. Неужели это все-таки одна и та же история? Господи, что это за детектив с элементами триллера вокруг неё происходит?! Да ещё и Машка накручивает своими выводами.

— Слушай, в реальной жизни так не бывает!

— Откуда ты знаешь? Ты в этой среде, как я не крутишься, тут такие драмы бывают, что диву даешься! Рассадник ужаса и порока эти дома с квартирами, особенно дорогие. Психиатрам на десяток диссертаций можно набрать на этой благодатной почве, сплошные измены, разводы, убийства, обманы и предательства.

— Но не до такой же степени! Маша! Как ты можешь в это всё верить?

— А Разумов думаешь, не поэтому про Ветрова говорить не хочет? Вдруг он его покрывает? Этого ненастоящего самозванца? Он полицейский же, возможностей масса!

— Боже мой, Маша, угомонись уже. Ты с Разумовым только что в одной постели лежала! Прекрати и не пытайся больше подкатывать к нему с попытками что-то выведать, а то еще влипнешь в неприятности!

— Вот! Ты в глубине души понимаешь, что Разумов может быть опасен. Именно потому, что моя версия имеет право на жизнь.

— Так. Всё! Прости меня, конечно, я рада, что у тебя всё хорошо и что ты развлеклась от души, но мне нужно заняться работой, которой и так выше крыши. Некогда мне тут строить криминальные теории из дешёвых сериалов. Созвонимся попозже.

— Не дуйся ты сразу! Я же о тебе пекусь.

— Меру чувствуй, пожалуйста, Маша. Спасибо за помощь и добрые намерения, но не перегибай.

— Ладно. Очень надеюсь, что я не права и не обнаружу однажды, что так называемый Ветров сделал с тобой что-то необратимо плохое.

— Пока, Маша! — настоятельно попрощалась Вика и сбросила вызов. — С ума сойти!

Она в сердцах шлепнула мобильником по столу, потом спохватилась и проверила, не треснул ли экран. Несколько минут сидела, задумавшись, а потом набрала быстрое сообщение Марине, диспетчеру в пожарной части. Сегодня явно была её смена.

«Привет ещё раз. Подскажи, какое отчество у Андрея?». Вика быстро отправила текст, пока не передумала. Спустя пару минут прилетел ответ: «Владимирович, а что?». «Ничего особенного. Как он там сегодня?» — дописала она. Надо же как-то продолжить тему, чтобы странный вопрос сразу же забылся. Ответ прилетел опять быстро: «Сегодня тяжко. С самого утра тушат склады с лако-красочными под Троицком.» Потом следующим: «Завтра будет вымотан. Позаботься о нем. Больно тих и бледен сегодня. Не считая синяков.»