Книга Нарисуй мое счастье, страница 52 – Ирина Давыдова

От работы его постоянно отвлекают мысли, самые глупые и в тоже время серьезные. То, что он ревнует, сам для себя уже выяснил. И ничего с этим поделать не может, жуткий собственник. Но вот что сейчас с Евой, как она одна там справляется. Для нее вся эта ситуация в разы сложнее. Она же в первую очередь мать, которая переживает адскую боль за своего ребенка. И Ева девушка, хрупкая и ранимая, как всегда считал Андрей.

Резкий стук в дверь, шум и перед глазами мужчины стоит Михаил. По его виду очень заметно, что он на нервах, чем то взволновал и, в принципе, находится в замешательстве.

— Что?

— Картина не настоящая!

— Где Ева? резко подорвался из-за стола.

— Иван повез ее к тебе домой. И,по-моему, она не в лучшем состоянии.

— Черт! Миша, езжай к Ситникову и расспроси, что конкретно произошло. И как так произошло, что картина — подделка. А я к Еве.

— Андрей! окликнул Михаил друга, когда тот уже надевал куртку. Что будем делать с картиной?

— Забери копию. А там посмотрим. Может, удастся его обмануть

— Я хочу знать правду, — спокойным голосом сказал Дмитрий. Он уже четверть часа сидит у отца в кабинете. Тот был занят, и ему пришлось ждать. Тогда, когда нет совсем времени. Когда Маришка в опасности, и на счету каждая минута.

— Какую правду? стальной голос. Дима привык слышать именно такой голос, не иначе. Отец всегда был строг и расчетлив. Никогда не проявлял любви, не говоря уж об уважении.

— Где картина?

— Ты что, щенок, пришел в следователя поиграть? Проблем захотелось? Ты меня знаешь, я быстро тебе их нарисую, — зло прошипел Николай, нависая над сыном.

— Ты знаешь, я никогда тебя не боялся. Да и сейчас не собираюсь, недолгое молчание, после чего Дмитрий продолжил. — Еве Лонгман очень нужна помощь. Ее дочь похитили и требуют эту картину. Скажи, где она?

— С чего ты решил, что картина у меня? острый взгляд, другой бы уже испугался такого человека, но только не Дмитрий.

— Когда мы ее убирали в сейф, не разворачивали ткань. Ты последний видел картину.

— У тебя есть доказательства?

— Нет! Но если у тебя есть хоть капля жалости к ребенку прошу, отдай оригинал.

— Красивая ты у меня выросла. Настоящая маленькая леди. Не то, что та су*а. Нет, она конечно красоткой была, но шлюха еще та. Черт, а я ведь любил ее, а она тебя отдала — разговаривал мужчина, глядя на маленькую испуганную девочку, забившуюся в самый угол комнаты. Такая маленькая, словно котенок, и такая испуганная, дрожащая, словно маленький зайка. Ты меня не бойся. Я ж батя твой. И сразу не знал, что ты у меня есть. Мать твоя дура, скрыла от меня.

— Моя мама не дула! выкрикнула Маришка и еще сильнее забилась в угол, отвернулась.

Не знает этого дядьку и не хочет с ним общаться. К маме хочет, скучает по ней. Когда же она ее заберет? Сколько она здесь уже сидит? Куда делась Вера? Девочка ничего не знает и очень напугана.

— Хм глупая ты еще. У тебя же на самом деле другая мамка. Эта так, приютила тебя как бездомного котенка. Ну вот она сейчас с Андреем родит своего ребенка и вышвырнет тебя. Куда ты тогда пойдешь? А так я у тебя есть ммм?

— Где Ева? мужчина ворвался в прихожую и тут же наткнулся на Ивана.

— Тише, она уснула. Я заставил ее выпить успокоительного. Ева упала прямо у музея, по всей видимости, от бессилия и нервов, — объяснил Вишневский.