Книга Нарисуй мое счастье, страница 54 – Ирина Давыдова

Ни разу в жизни не видеть свою дочь, кровиночку, и при этом ее ненавидеть всей душой. Иначе это не назовешь. Но Еву совсем не волновало, что отец к ней равнодушен. Самое главное, картина нашлась, а значит, дочь сегодня будет с ними.

От размышлений девушку отвлек звонок ее мобильного. Они все сидели в гостиной. Андрей, Михаил и Иван просматривали какие то документы, о которых Ева была не в курсе. Даша же с трепетом рассматривала картину. Услышав мелодию телефона, все кинули взгляд на Еву, и она, посмотрев на дисплей, сказала:

— Скрытый номер.

— Включай громкую связь, — приказал Иван и бросил взгляд на Андрея.

Девушка послушалась и нажала нужную кнопку сразу после того, как подняла рубку:

— Слушаю.

— Здравствуй, Дарья, или тебя лучше Ева называть? прозвучал грубый голос.

— Вы кто?

— Ах, да! Ты же меня не знаешь. Я отец Марины. Той прекрасной девочки, которую ты у меня отняла.

— Вы сумасшедший! Где моя дочь? Ева встрепенулась и уже стояла посреди комнаты.

— Девочка уже в курсе, что ты ей не мама. Знаешь, я сразу хотел ее себе оставить, но теперь понял. Да на*уя мне это надо? Была бы она постарше, я б ее

— Ах ты урод, только посмей ее тронуть. Я тебя живьем закапаю! Найду и закопаю, мразь! заорала Ева и сама не узнала себя! Словно сердце ножом пронзило от слов этого ублюдка.

Андрей подошел к девушке и забрал телефон:

— Я не знаю, кто ты, но когда доберусь до тебя, поверь, будет куда хуже, чем сказала Ева!

— Ты лучше свою су*у уйми. И слушай сюда. Сегодня Ева должна принести картину и документы одна. Если за ней увяжется хвост, Марину больше не увидите, — и отключил связь.

Девушка как стояла посреди комнаты, так и упала, скованная душевной болью и отчаянием. Упала на колени и согнулась, рыдая, выдавливая из себя всю горечь. Все, что накопилось и рвет изнутри. Но рыдала тихо, еле слышно, наверное, чтоб никто не услышал. Устала показывать свою боль. Но и быть постоянно сильной тоже не могла. Не хочет и больше не может. Андрей знает, как она страдает, тогда зачем скрывать от других. Ведь все уже тоже в курсе.

— Снежинка, родная, прошу, успокойся. Вставай, — Андрей начал поднимать Еву за плечи, но девушка уперлась, не собираясь подниматься.

— Пусть заберут эту картину. Раз она создана для того, чтоб спасать, так пусть спасет мою дочь. Мама меня поняла бы. выкрикнула и замолчала. Очень тяжело дышит, словно задыхается, скорее всего, так и есть, задыхается от боли. Что за документы он просит? Дайте мне их, прошу, — говорит, заикаясь, совсем убитая, — пусть все заберут. Отдам и квартиру, и галерею, деньги все

Ева поднялась с пола. Коснулась растрепанных волос, пытаясь их пригладить, затем немного вытерла слезы и направилась к ступенькам, а уже поднимаясь, сказала не оборачиваясь:

— Приму душ и буду собираться. На встречу пойду одна.

— Ева! позвал Андрей, но девушка исчезла за дверью.

— Андрей, не надо. Сейчас не время. взяв за локоть друга, сказал Михаил.

— Я не отпущу ее одну. Их двое, и

— Андрей, мы не можем рисковать жизнью ребенка. подключился Иван.

— Бл*ть аааа я не могу так, — заорал от безвыходности и перевернул стол, стоявший между диванами. Все разлетелось по сторонам. А чашки с напитками раскололись и пролили все на белый ковер.

— Какой ужас, я пойду к Еве. Не хочу ее сейчас оставлять одну, — прошептала Даша и поднялась по лестнице, перескакивая ступеньки.